Землетрясение в Крыму 1927 года

Слухи о близящемся землетрясении появляются в Крыму с завидной частотой. И как бы нелепо порой они ни звучали, люди все равно пугаются. Видимо, того заряда страха, который крымчане получили 83 года назад, хватит еще на многие поколения.

Ласточкино гнездо, разрушенное землетрясением 1927 года

Хранители монастыря Сурб-Хач

Лес высокий и тенистый,
Всюду горы и пустырь.
Что такое? Стены зданья!
А! Так вот он, монастырь!
Что ж однако? Где же люди?
Вкруг всё тихо. Лишь журча,
В арке белого фонтана
Льётся светлая струя...
Макс Волошин, 1894 г.

Впервые я попал сюда тоже в возрасте Волошина. Не было ничего, кроме леса и развалин Святого Креста, и дома отдыха одного из крупных феодосийских предприятий, безразличного к святому месту. Ещё запомнилась дорога из Старого Крыма к монастырю — уложенный современными бетонными плитами древний торговый путь от Солхата к морю. Эта современность, вонзённая в средневековую древность, и сейчас явно проступает окрест...

Монастырь Сурб-Хач

Камень Хачкар возле монастыря Сурб-Хач в КрымуИ вот окраина Болгарщины, пригорода Старого Крыма. Отсюда до монастыря Сурб-Хач, находящегося в юго-западном направлении за лесистым отрогом Монастырской горы (другое название — Грыця), около часа ходьбы. По бетонно-грунтовой дороге идём ещё полчаса и видим «тряпичную рощу»: деревья увешаны полосками различной ткани, верёвочками и лоскутами, рядом — хачкар — изображение креста на камне. Посетители этих мест верят, что, оставив часть своей одежды в этом месте, они избавляются от болезней, страхов, недомоганий... А камень-хачкар находится на месте, где примерно в ХVI веке был убит молодой служитель монастыря Аветик. По данным армянских исследователей, Аветик был талантливым миниатюристом, умелым каллиграфом и певцом.

И вот за поворотом лесной дороги неожиданно открывается вид на чудо средневековой армянской архитектуры. Но это не просто охраняемый памятник государственного значения, а один из духовных центров армянского народа. Здесь в прошлом находилась епископская кафедра, монастырь имел обширные земельные владения, вёл торговлю. Служба в монастыре проводилась до 1926 года — со средних веков! Сурб-Хач и сейчас производит впечатление святого места. Возле монастыря есть родник, которому приписывают целебные свойства. Летом 2002 года монастырь был вновь передан Армянской апостольской церкви, и уже действует храм Сурб-Ншан.

Монастырь представляет собой комплекс сооружений, объединённых в единое целое. Он органично вписан в рельеф пересечённой местности, возвышаясь своими поясами друг над другом, как ступени. Он перестраивался на протяжении пяти столетий. Стены монастыря украшены резьбой по камню в сельджукском орнаментальном стиле и хачкарами — резными посвятительными крестами. На входе на монастырскую территорию нас встречают лай собак и сторожка, выполненная в стиле всех построек Сурб-Хача. Огорчим любителей старины, это — новодел.

Над дорогой возвышается трёхэтажное здание монастырской трапезной и примыкающих к ней помещений. В нижнем, цокольном этаже находится монастырский подвал. Его окна — обрамлённые камнем вертикальные щели — похожи на крепостные бойницы. На втором этаже также видны заделанные бутовым камнем проёмы прежних окон. Третий этаж был построен в середине XIX века и отличается от нижних большими окнами и балконом. Западный балкон как раз над нами, а вход в этот комплекс — сразу за углом. Через монастырские ворота попадём в узкий коридор, в глубине которого есть небольшая калитка. Она ведёт в просторный атриум — парадный внутренний двор монастыря. Контраст между тёмным, узким коридором и светлым, радостным атриумом поразителен даже сейчас. А представьте, какие чувства охватывали средневековых верующих... Сама церковь Сурб-Ншан (Святого Знамения) возвышается справа от входа в атриум. Слева — восточный фасад трапезной, а прямо — высокая глухая монастырская ограда, более напоминающая крепостную. Сходство с крепостью придаёт монастырю и высокая башня, высящаяся над папертью и атриумом в правом углу гавита (так называется в армянском храме притвор). К углу гавита примыкает ещё одна ограда, пониже внешней, с калиткой в малый внутренний дворик. От калитки со стороны атриума наверх идёт крутая каменная лестница. По ней можно было попасть на второй этаж трапезной, а когда-то и пройти на верхний ярус келий. Кельи не сохранились, зато можно осмотреть подобные тесные помещения с каминами — на нижнем этаже.

По красоте пропорций, по мощности и величественности построек Сурб-Хач занимает первое место в Крыму среди памятников армянской архитектуры. Церковь монастыря, сооружённая в 1338-1358 годах, близка по архитектуре к храмам XII-XIII веков в самой Армении. Храм предваряет квадратный в плане гавит с колоннами внутри. Несколько ступеней — и дверь в церковный зал. В нём находится алтарь, а над головой вверх уносится барабан, поддерживающий купол. Декор интерьера храма очень скромен. На основном, алтарном перекрытии изображён Христос, восседающий на троне среди зигзагообразных линий — небесных молний. Возле него угадываются фигуры Богоматери, Иоанна Крестителя. По краям композиции символы евангелистов — ангел, голубь, лев и бык. Конечно, от росписи сейчас осталось не более половины, многие изображения на фресках угадываются с трудом. Время беспощадно...

Гавит прост по своей композиции и представляет собой просторную залу, сложенную, как и собственно храм, из крупного бутового камня. Над юго-западным углом гавита возвышается башня-колокольня, которая была и сторожевой: из её окон окружающая местность просматривается достаточно далеко. В прошлом, когда не подступал со всех сторон лес, отсюда открывался вид на часть монастырской дороги, на Старокрымскую долину с её дорогой из Карасубазара в Старый Крым, на Агармыш, синеющий вдали. В башню из гавита ведёт крутая каменная лестница.

Интересны и объекты вокруг цитадели собственно Сурб-Хача. В первую очередь это фонтаны и здание гостиницы. Фонтанов в монастыре было три. Один во внутреннем дворике под лестницей не сохранился. Два внешних фонтана находятся на террасах к юго-западу от монастырского комплекса. Фасад верхнего фонтана с аркой сложен из хорошо обработанных блоков камня-известняка. Верх фасада обрамлён профильным карнизом. Когда-то в него была вставлена мраморная плита с изображением латинского креста, клобука и ангелов над облаками. Сейчас она похищена. Оформление фонтана и его архитектура типичны для армянского искусства, подобных сооружений немало и в самой Армении. Другой, нижний, фонтан устроен на третьей нижней террасе у основания каменной лестницы. Его фасад более насыщен декоративными деталями. Это и наличник с полукруглой аркой, карниз цоколя и резервуара, сталактитовая плита, хачкар.

Отдельно стоящее к югу от братского корпуса одноэтажное здание гостиницы было построено в 60-е годы позапрошлого века, когда в связи с оживлением духовно-просветительской деятельности монастыря возросло число посещавших его богомольцев. Планировка её обычна для армянских караван-сараев. Здание построено на крутом рельефе, поэтому цоколь западного фасада высокий. Из-за крутого рельефа к западу от гостиницы была сооружена подпорная стена, под которой располагалась просторная площадка для гужевого транспорта богомольцев, а наверху, перед гостиницей, озеленённый дворик с беседкой. Сейчас подпорная стена украшена многими хачкарами, которые вырезал из камня уже в наше время талантливый мастер Акоп.

В целом монастырь основан в первой половине XIV века, но ни одно из ныне существующих зданий (кроме храма) не относится целиком ко времени основания. Он неоднократно частично разрушался и вновь восстанавливался, перестраивался. Сейчас монастырь снова восстановлен.

Обо всем, что уже узнали читатели, мне поведал сторож монастыря Василий Иванович Архирий. Он живёт в той самой сторожке «под старину». И собаки — маленькие, но кусачие — его. Это на редкость эрудированный и приветливый человек. Может, оторванность от людей делает человека общительным? «Нет, по теплу людей здесь бывает много — туристы, просто прогуливающиеся путники, художники и фотографы. В дни религиозных праздников приезжают армяне „шумною толпою“. Скучать не приходится до первых снегов», — ответил сторож. Но зимой на окрестные леса и балки ложится белое безмолвие. Лишь вскрикнет где-то в лесу птица, залает черномордый пёсик. В ветреные дни ещё грустнее — воет в верховьях Монастырской горы ветер, метёт пурга в древние окна монастыря. И нет на старинной дороге следов.

Но Василию некогда скучать — много работы. Дров нарубить, что-то подремонтировать, тот же монастырь осмотреть. Когда он обо всём этом рассказывал, передо мной почему-то встал образ Робинзона Крузо. Тот так же в труде обживал свой безлюдный остров — и оставался человеком. «Что-то от робинзонады тут есть, но люди здесь бывают чаще, чем вы думаете. Вот только одно отличие тут от мира — практически не надо денег. Всё необходимое — пищу, одежду — привозит глава армянской общины Старого Крыма Армен Казарян». С каким бы удовольствием и я бы жил там, где не надо денег! А ещё оказалось, что Василий Иванович не один тут такой Робинзон.

Выше монастыря живёт мастер Акоп. Этот глубоко верующий человек с грустным взглядом восточных глаз поселился в маленьком домике давно. Он стал по собственной инициативе реставратором и хранителем монастыря. Талантливый резчик по камню, Акоп восстановил множество хачкаров, вырезал новые. Много трудов мастер отдаёт святыне своего народа.

И ему не нравятся шумные толпы возле монастыря, пикники на террасах. И слава не нужна. «Она суетна», — обмолвился мастер.

Что ж, место здесь действительно несуетное и святое — для молитв и медитаций, а не для поглощения шашлыков и водки. Монастырь надо постигать — а он всегда новый, хотя и средневековый, 650-летний.

Монастырь Сурб-Хач в Старом Крыму
По Сурб-Хачу можно бродить долго, переходя из таинственного полумрака средневекового храма в солнечный атриум, любуясь резьбой на камне, росписями, пейзажами вокруг. Эту его неотрывность от пейзажа давно заметили художники. На полотнах Калинина, Зарубина, Богаевского, современных пейзажистов монастырь всегда разный и всегда — целостный. Как сказал Минас Медици, один из армянских поэтов-классиков, живший долгое время здесь: «Сурб-Хач! Ты защита и убежище нашего народа. Ты единственный, нет тебе подобных. И вид, и положение твоё дивны».

Сергей Ткаченко, «Крымская Правда»


Ссылки по теме: