Форосская президентская дача «Заря»

Форосская дача «Заря» – президентская резиденция и президентская тюрьма, где во время августовского путча сидел под замком Горбачёв – уже 17 лет напоминает о том, что от власти до безвластия – один шаг. Возможно, поэтому её не очень любят украинские президенты.

Когда в середине 80-х руководство КГБ узнало, какое место Михаил Горбачёв выбрал для своей резиденции, то пришло в ярость. Несмотря на сказочную красоту бухты между самым южным мысом ЮБК Сарыч и мысом Форос, целебный воздух и прочие положительные моменты, у объекта «Заря» имелся один серьёзный недостаток – он был уязвим практически со всех сторон. И с моря, и с суши. И если со стороны моря охранная система была налажена, то на суше возникли большие проблемы: с двух сторон возле дачи возвышались леса, позади – оживлённая трасса Севастополь – Ялта. Все строения и площадки просматривались со многих точек.

Но против желания генерального секретаря пойти не могли, и 9-й отдел КГБ (отвечал за безопасность высших должностных лиц. – Фокус) приложил невероятные усилия, чтобы обеспечить надёжную охрану первого лица.

Охрана получилась мощной и многочисленной. Со стороны моря отдыхающие могли увидеть дачу президента СССР, но только невооружённым глазом. Любой оптический прибор расценивался как диверсия. Сотрудники КГБ, которые в обязательном порядке находились на экскурсионных катерах, безжалостно засвечивали фотоплёнку, даже если замечали просто открытый объектив фотоаппарата. Такие повышенные меры безопасности в 1991-м сыграли с Михаилом Горбачёвым злую шутку: весь персонал «Зари» от охранников до уборщиц получал зарплату в КГБ и, естественно, подчинялся командам представителей органов. Поэтому в час «икс» они превратились из охранников в сторожей.

По слухам, за горбачёвской дачей закрепилась дурная слава. Может, поэтому первый президент Украины Леонид Кравчук сторонился «нехорошей квартиры». Леонид Макарович предпочитал жить в Крыму на старых, догорбачёвских госдачах в местности с удивительным названием Мухалатка, чем значительно упростил работу охране. Но «Заря» не оставалась заброшенной. Несмотря на то, что штат сотрудников был значительно сокращён, её поддерживали в жизнеспособном состоянии. А иногда спецобъект даже посещали высокие гости. Одним из них был премьер-министр Леонид Кучма, который оказался менее суеверным.

Поговаривают, что «Заря» сразу приглянулась Леониду Даниловичу. Став президентом, он обосновался в Форосе. По словам сотрудников «Зари», Кучма значительно преобразил свою резиденцию, многое изменив во внутренних интерьерах и в парке.

Охранную систему для главы государства практически не меняли, только вместо четырёх кораблей акваторию патрулировали лишь два катера – с востока и запада. Подводная сигнализация осталась, а вот отряд специальных водолазов распустили. При необходимости их функцию выполняли обычные охранники. Для защиты воздушного пространства самолёт уже не использовали, но зато прибавился ещё один вертолёт. Наземную охрану сократили, сузили периметр патрулирования вокруг внешнего ограждения, хотя «просмотреть» дачу по-прежнему было невозможно. Одно время при выездах Леонида Кучмы привлекали бойцов спецподразделений. В 2000–2001 годах на трассе Севастополь – Ялта они были обычным явлением. Через каждые 50 метров стоял боец в чёрном камуфляже с чёрным платком на голове, в зеркальных солнцезащитных очках с калашниковым наперевес. Но такие «голливудские» меры не прижились, и с 2002 года охрану Леонида Кучмы обеспечивали только сотрудники милиции.

Виктор Ющенко в первые годы президентства «Зарю» не жаловал – непонятно только, из-за Горбачёва или из-за Кучмы. Тем не менее на даче сделали ремонт, соответствующий вкусам нового главы государства. Он же сюда разве что иностранных гостей изредка привозил – полюбоваться роскошным пейзажем. В 2005-м в форосской резиденции побывал директор-распорядитель МВФ Родриго де Рато, в 2007-м – литовский президент Адамкус. Сам Ющенко по-кравчуковски предпочитает свою вторую крымскую госдачу в Мухалатке, примерно в пяти километрах от «Зари». Когда был там прошлым летом, некоторые СМИ писали, что за ним последовали его любимые пчелиные ульи. А в 2006 году президент даже лично участвовал в тушении мухалатских лесных пожаров.

Где Виктор Ющенко отдыхает нынешним летом, в его окружении говорить не хотят. «В целях безопасности», – заявила Фокусу пресс-секретарь главы государства Ирина Ванникова. Но местные жители утверждают: этим летом президент решил отдохнуть в «Заре». По крайней мере, возле форосской госдачи видели президентский катер, да и система безопасности заработала на полную катушку.

В сравнении с советскими временами охранять дачу номер один при нынешнем президенте стали из рук вон плохо. Причём как с моря, так и с суши. Проплыть на катере поблизости от «Зари» – раньше такое невозможно было представить. Расстояние, на котором позволялось передвигаться мимо объекта, было ограничено четырьмя километрами. Теперь – пожалуйста. Стационарный пост на возвышающейся над дачей горе разрушен. Оттуда открывается чудесный вид на «Зарю», которым может полюбоваться не только журналист с фотоаппаратом, но и террорист с базукой.

Сейчас в Крыму говорят, что Ющенко долго игнорировал «Зарю» из-за опасности оползня, который якобы может завалить всю территорию. Но эти сплетни вызваны тем, что на трассе над комплексом ведутся противооползневые работы.

Форосские объекты пользуются огромным спросом, тем не менее предложений о покупке «горбачёвской дачи» в Госуправление делами президента Украины не поступало. Правда, она и не продаётся. Несколько лет назад была озвучена идея сделать посёлок «Давосом для стран СНГ». Даже бизнес-план разработали. Но в итоге дело заглохло.

А пока славу родного посёлка во всю эксплуатируют жители Фороса, цены здесь самые высокие в Крыму. Всё – от фруктов до жилья – вдвое дороже, чем в Ялте. Сдаваемая в аренду однокомнатная квартира с кондиционером и спутниковым телевидением в доме, расположенном неподалёку от моря, приносит хозяину $120 в сутки. Подальше от пляжа жильё с удобствами стоит $90. Правда, выбор невелик: в посёлке всего три улицы и семнадцать домов – три двенадцатиэтажки, четыре девятиэтажки и несколько хрущёвок. Частные дома с садовыми участками, которых здесь не так уж и много, предприимчивые форосцы перестроили в коттеджи, снять которые можно за $250–350 в день. Сами хозяева, пока в их домах живут отдыхающие, переселяются в «халупки» или в гаражи, у которых надстроены вторые этажи.

Экскурсовод Павел Фирсов много лет собирает факты о посёлке, в котором живут работники президентской дачи «Заря», и бывших цэковских санаториях «Форос» и «Южный».

– Как и вся страна, мы узнали о событиях на госдаче из теленовостей. И только позже из газет нам стало известно, что по соседству с нами в заточении находится президент СССР Михаил Горбачёв… С самого утра 19 августа во всём посёлке отключили телефоны. Сначала думали, что просто поломка. Но оказалось, это «они» переборщили, и вместо того чтобы ограничиться только одной президентской дачей, с перепугу отключили от связи весь Форос. Тогда, полностью отрезанные от мира, мы чувствовали себя, мягко говоря, очень неуверенно. Продавцы на рынке, узнав о событиях в Москве, предпочли убраться от греха подальше. Наспех забросали свой товар в машины и разъехались. Посёлок наводнили милиционеры и «люди в штатском», которые проверяли документы у всех прохожих, но никого не забирали.

– А какие настроения были у жителей посёлка?

– То, что с дачи, как сегодня говорят, можно было спокойно выйти, неправда. Там взаперти оказалось много работавших на объекте форосцев: уборщицы, дворники, сантехники. Никого не выпускали, никто не мог позвонить домой, и это был кошмар! Родственники тех, кто остался на даче, боялись, что они не вернутся живыми. Жёны, чьи мужья работали на даче, рыдали…

Ходил слух, что Горбачёва могут «убрать» и всех работников тоже «уберут» как свидетелей. Никто не знал, что будет через час, через день. И когда 21 августа возобновилась связь с «Зарёй», все с облегчением вздохнули. В посёлке уверены, что их спасли люди, которые в Москве выступили в защиту Горбачёва.

– А сами форосцы не выходили в те дни на улицы?

– У нас никаких беспорядков и выступлений не было. Картину внешнего спокойствия нарушало только чрезмерное присутствие милиции, пограничников и сотрудников КГБ. С моря подход перекрывали сторожевые катера, с воздуха – вертолёты. Их задачей, скорее всего, было не допустить попыток прорваться на дачу, чтобы передать информацию или освободить Горбачёва.

– А что говорили жители посёлка о событиях на даче?

– У нас в Форосе треть населения составляли сотрудники 9-го отдела КГБ. Остальные были работниками госдачи и партийных санаториев. И все давали подписку о неразглашении. Обет молчания эти люди хранят до сих пор, хотя государства, которому они давали клятву, уже давно нет.

– А как восприняли новость отдыхающие?

– В то время курортники были лишь в санатории – и только партработники. «Дикарей» в Форосе не было. Я тогда работал культмассовиком, и у нас был запланирован развлекательный вечер: конкурсы, танцы…

– Наверное, в те дни партийных работников на дискотеке было меньше обычного?

– Абсолютно никаких изменений не наблюдалось. Я удивлялся полному равнодушию номенклатуры. Не заметил, чтобы кто-то порывался защитить Горбачёва – им было всё равно.

– После путча Форос прославился на весь мир. Вы ощутили на себе эту славу?

– В какой-то мере – да. На следующий год наплыв отдыхающих был просто сумасшедший! Под лозунги о демократии, свободе слова многие иностранцы хотели открыть здесь свой бизнес. Но, к сожалению, все их проекты развалились. Кого-то обманули, кого-то силой вынудили отказаться от бизнес-идей в Форосе.

В окресностях Фороса ещё с советских времен находится сразу несколько правительственных дач


Дмитрий Русин, «Фокус»