Ифигения — «провозвестница Тавриды»

Ифигения в ТавридеКрымская античность

До сих пор считалось, что сюжет о перенесении Ифигении в Тавриду — поэтический вымысел великого трагика. Но последние исследования привели ученых к новому пониманию творческой истории известной трагедии Еврипида. В любом случае, можно предположить, что Еврипид локализовал эти события в Тавриде неслучайно.

Романтическим поискам храма Девы в Крыму, «где Ифигения несла свое печальное служение жестокой богине» и откуда была похищена ее статуя, отдали дань многие русские и иностранные исследователи. Большинство искали этот храм на мысе Фиолент, а также на Аю-Даге и даже в самом Херсонесе.

«Здесь был грозный храм»

К известному мифу, который послужил сюжетом для трагедий Еврипида, произведений итальянского поэта Джованни Руччелаи, французского драматурга Жана Расина, немецкого поэта Иоганна Вольфганга Гете, немецкого композитора Кристофа Глюка, украинской поэтессы Леси Украинки, обращался в своем послании другу-декабристу (Чаадаеву) Пушкин.

…Я верю —
здесь был грозный храм,
Дымились
жертвоприношенья;
Здесь успокоена была
Вражда свирепой
Эвмениды:
Здесь провозвестница
Тавриды
На брата руку занесла;
На сих развалинах
свершилось
Святое дружбы торжество…


Дошедшая до нас легенда гласит, что отец Ифигении — царь Агамемнон, выпрашивая у своевольной богини попутного ветра в плавании к берегам Трои, должен был убить свою дочь на жертвенном алтаре. Но когда блеснул нож, занесенный над дочерью царя, Артемида перенесла Ифигению в Тавриду, где ее ждала судьба изгнанницы. Однажды в бухте возле храма появился греческий корабль, и перед жрицей предстали два молодых пленника-грека — Орест и Пилад. Жадно расспрашивала она своих соотечественников о родине, о домочадцах царя Агамемнона — о сыне Оресте, о матери, о сестре Электре. Греки рассказали, что сестра замужем за Пиладом и у нее недавно родился сын. Агамемнона убила его жена Клитемнестра, в отместку Орест убил свою мать, и его преследовали эринии — богини мщения. Оракул сказал ему, что в искупление он должен отправиться к берегам Тавриды и привезти золотую статую Артемиды. Но при попытке проникнуть в храм их схватили и отвели к таврскому царю Фоанту, который приказал казнить одного из них. Кому жить, а кому отправиться на жертвенник — пленники должны были решить сами. Орест и Пилад — верные друзья — начали спор: кому из них спастись, каждый приводил свои веские доводы. В этот момент сестра узнает своего брата, решает спасти друзей и с ними вернуться на родину, не считаясь с гневом богов. Убедив жрецов, что статуя богини Артемиды осквернена и ее надо омыть в морской воде, она вместе с пленниками пошла к тому месту, где греки укрыли корабль. Ифигения отсылает сопровождавших их таврских воинов и бежит на родину.

На богов подействовало людское благородство: они смягчились и помогли беглецам.
Легендарный подвиг молодых людей издавна вдохновлял тонкие души поэтов. Миф поведал о настоящей дружбе, которая так впечатлила и Пушкина. Но мог ли великий русский поэт или кто другой видеть сам храм?

Сорок ступеней ведут к нему…

Единственный, кто оставил подробное описание храма, — древнеримский поэт Овидий. Он вложил его в уста старого тавра: «Есть в Скифии местность, которую предки называли Тавридою. Я родился в этой стране и не стыжусь своей родины; мое племя чтит родственную Фебу-богиню. Еще и ныне стоит храм, опирающийся на огромные колонны: к нему ведут сорок ступеней. Предание гласит, что там был ниспосланный с неба кумир; не сомневайся, еще и ныне там стоит подножие, лишенное статуи богини; алтарь, который был сделан из белого камня, изменил цвет и ныне красен, будучи окрашен пролитой кровью. Священнодейство там совершает жрица».

Ученые-археологи на протяжении столетий искали в Крыму место, где, по преданию, Ифигения несла службу при храме богини Артемиды. На сегодняшний день существует несколько версий возможного его местонахождения. Наиболее основательными ученые считают три.

Первая основана на воспоминаниях известного ученого-энциклопедиста и исследователя Крыма Пётра Палласа, который говорит о неких «остатках здания на Фиоленте, состоящего из двух квадратов, стены которых были направлены ко всем сторонам света».

О развалинах храма Артемиды, который, по преданию, находился у мыса Георгиевского монастыря на Южном берегу Крыма, размышляет и автор «Путешествия по Тавриде», друг А.С. Пушкина — И.М. Муравьев-Апостол: «Георгиевский монастырь и его крутая лестница к морю оставили во мне сильное впечатление. Тут же видел я и баснословные развалины храма Дианы».

Сохранилось также упоминание Страбона, который писал, что «храм Девы находился на мысе Парфенион (греч. — «девичий»!), неподалеку от Херсонеса», многие исследователи полагают, что речь идет именно о мысе Фиолент. И для этого существуют веские основания.

Во-первых, в местности близ Георгиевского монастыря в свое время была найдена древняя каменная колонна. Во-вторых, земля в районе мыса Фиолент и сама территория мыса, так называемый Гераклейский, или Трахейский, полуостров, была сельскохозяйственной территорией Херсонеса, а плодородие, естественно, зависело от милости Артемиды. В-третьих, географические названия, бытующие здесь, сами являются своего рода историческими памятниками, отражающими прошлое этой местности. Так, недалеко от известной Мраморной балки находится бухта Эхо, а к востоку от балки — отрог под названием мыс Сфинкс. Одно из мест, которое расположено к северо-востоку от оконечности мыса Фиолент, — это балка Диана. Как известно, Диана — древнеримская богины охоты, отождествляемая с древнегреческой богиней Артемидой. А названия скал у мыса Фиолент хранят память о верных друзьях и смелой жрице. Две рядом стоящие скалы в море у мыса Фиолент называются Орест и Пилад.

Вторая версия привязывает расположение храма к поселку Партенит — поселению у Аю-Дага (знаменитая Медведь-гора). Название поселка также сходно по звучанию и смыслу с названием мыса Пертений (Девичий), на котором предположительно стоял храм Девы.

И наконец, местом древнего храма мог быть сам Херсонес — крупный экономический, культурный и политический центр Северного Причерноморья в античные времена, руины которого находятся сегодня в черте Севастополя. В доказательство ученые привлекают множество граффити, выявленных на чернолаковых сосудах античного Херсонеса. Этот важный письменный источник, который подвергся тщательному изучению совсем недавно, впервые позволил предположить, что наряду с культом Девы еще в конце V века до нашей эры в Херсонесе существовал самостоятельный культ Артемиды. В херсонесской присяге после Зевса, Геи, Гелиоса названа Дева — главная таврская богиня, считавшаяся покровительницей города.

В Херсонесе находились ее храм и статуя, а в 100 стадиях (около 17,7 км) от города, на мысе Парфенион, по сообщению Страбона, существовало ее святилище. В честь богини устраивались праздники — парфении. Включение местного божества в свой пантеон было для греков делом нередким. Однако Дева заняла ведущее место в этом пантеоне — она считалась покровительницей города, а в III в. до н. э. была провозглашена царицей — басилиссой Херсонеса! Конечно, существует политическое объяснение этого факта. Ученые считают, что новый титул богини освящал коллегиальное правление старейшин.

Шерше ля фам — ищите женщину

Однако почему для этой цели выбрана именно местная богиня? Здесь впору задуматься над особенностями духовного мира древних, предположив, что авторитет варварского местного божества мог воздействовать на воображение греков потому, что происходил из некогда общего для припонтийских жителей источника, причем наиболее архаический его пласт они обрели именно на местной таврской почве.

Женское божество, олицетворяющее плодородие, появляется на ранней стадии развития почти у всех народов, в том числе и у тавров. Культ Девы был широко распространен во многих городах Малой Азии, откуда он мог проникнуть в районы материковой и островной Греции, а соответственно и в греческие колонии Крыма.

В античном Херсонесе, вероятно, и произошли отождествление и религиозный синкретизм культа греческой богини Артемиды и Ифигении с культом местной таврской богини. Эту богиню называли в Херсонесе Девой, сооружали ей храмы, статуи и алтари, посвящали специальные праздники, объявляли главной покровительницей, а позже и царицей города. На монетах Херсонеса богиня изображена с характерными атрибутами Артемиды — ланью и луком и подписью «Дева». Определенную роль могло сыграть сходство между названием племени тавров и прозвищем Артемиды — Тавропола. Это как бы роднило богиню с таврами Крыма, объясняло, почему здесь находился ее храм. Но могли ли тавры построить храм?

Имеющиеся данные говорят о таврах как о народе отсталом, стоящем на сравнительно низкой ступени социально-экономического развития. И все же даже то немногое, что мы знаем, позволяет предполагать, что тавры — всего лишь остаток некогда многочисленного народа, обладавшего самобытной культурой. Его реликты — архаический культ богини Девы с человеческими жертвами, и недавно выявленные остатки таврской топонимики, и, наконец, мегалитическая традиция. Распространение мегалитических сооружений, к которым относятся менгиры — вертикально поставленные каменные глыбы, кромлехи — круги из камней, связанные, вероятно, с культом солнца, дольмены — каменные ящики, служившие в основном для погребений, циклопическая кладка стен из огромных камней, приходится на III — начало II тыс. до н. э. (У тавров проявления древней мегалитической культуры сохранялись на протяжении всего I тыс. до н. э.) Известно, какую роль играло женское начало в культурной, социальной и политической жизни скифских (и особенно сарматских) племен.

Некоторые исследователи Крыма склонны считать, что святилища Девы могли существовать во многих местах, и при этом необязательно, чтобы они были храмами Ифигении в греческом понятии. Вся территория Крыма усеяна руинами старинных крепостей, множеством мысов и гор, носящих названия, близкие к Парфениуму и Деве.

Место подскажет церковь?

Как ни странно, но история христианства, которое отрицательно относится к любым языческим культам, может оказать самую прямую помощь в определении местоположения храма Артемиды на территории Крымского полуострова.

Древние греки мучительно переходили от язычества к христианству, перестраивая свои представления о мироздании. В народе начался разброд и разногласия, что никак не устраивало римского императора с его претензией на мировое господство не только в умах и сердцах людей, а в целом в государстве. Надо было сплотить силы.

По преданию, в первом веке от Рождества Христова места обитания первых христиан Херсонеса посетил апостол Андрей Первозванный. В Таврике апостол Андрей навещал центры языческого мира и места расселения первых христиан, которые, опасаясь расправы язычников, селились за городскими стенами древних городов. Составитель жития апостола Андрея Епифаний пишет, что не очень был доволен апостол Андрей херсонеситами, не увидел он в них света Христовой веры и в досаде обозвал их тугими на веру и лгунами.

Многим в то время был известен храм Дианы и то, что в пещерах на мысе Фиолент живут последователи христианской веры. Следовательно, вполне логичным было бы построить христианские святилища на развалинах языческого храма (храма Артемиды?). Не потому ли именно на мыс Фиолент в первую очередь ступила нога апостола Андрея?

Безусловно, нужно учитывать и то, что, помимо преследований христиан, храм был подвергнут и другим опасностям. Уничтожить его могли и прокатившиеся лавиной по Крыму, сметая все на своем пути, варвары, прежде всего германские племена готов. Они учинили страшный разгром на полуострове — население было частью уничтожено, частью угнано в рабство. Тогда Боспорское царство (Керчь) и скифо-сарматское государство (Симферополь) перестали существовать. Уцелел лишь Херсонес, возможно, потому, что был под защитой Римской империи. Возможно также, что храм однажды был просто погребен под древним оползнем, который унес его с собой в море.

Конечно, нельзя совсем исключать и обычный вымысел, к которому мог прибегнуть Еврипид, создавая «Ифигению в Тавриде». Как и в других трагедиях, он мог при этом руководствоваться актуальными политическими и экономическими мотивами.

История — это наука, и, как у каждой науки, у нее есть свои законы, которые по-разному действуют в различные периоды развития человеческого общества. Изменяют историю, обогащают ее событиями и трактуют их сами люди.

Несомненно, открытие местонахождения храма Артемиды в Крыму стало бы научной сенсацией. Но даже оставаясь загадкой, история Ифигении придает нашему полуострову, и без того насыщенному историческими достопримечательностями, романтичность, которой иногда так не хватает в наше время.

На фото: «Ифигения в Тавриде». Рисунок А. Кауфманна, 1788 г.

Денис Дубинин, «»

Рыбалка в Крыму

Что ни говори, а любит наш народ рыбалку, и не только потому, что она — прекрасный повод встретиться с друзьями, раздавить бутылочку бодрящего напитка и оторваться ненадолго от жен, но и потому, что важен сам процесс. Однако не все знают, что всенародно любимое дело, в смысле, непосредственный вылов рыбы, занятие, строго регламентированное различными нормативными актами.

Ловля карпа в Крыму

Крымская дичь под прицелом местных и иностранных охотников

«Федя, дичь!» — кто не помнит эту знаменитую фразу из фильма «Бриллиантовая рука». Дичь до сих пор считается деликатесом, недоступным простым смертным: чтобы ее попробовать, нужно или самостоятельно отправляться на охоту, или быть достаточно состоятельным человеком. Неделю назад в Симферополе сотрудники милиции обнаружили почти две тонны замороженных тушек дикой птицы. Все это добро, скорее всего, отправится прямиком на свалку.

Птичий морг

Насчитали в холодильной камере, ни много ни мало, больше 9,4 тыс. птичьих тушек. Они были сложены и в разнокалиберные картонные паки, и в специальные сумки для хранения дичи. На каждой упаковке — имя и фамилия владельца (то есть охотника, подстрелившего птичек), контактный телефон, город.

«Мы достаточно давно получили информацию, что идет выбивание популяции вальдшнепа, — говорит председатель городской Симферопольской организации охотников и рыболовов Валерий Ефанов. — На этом складе хранились несколько тонн дичи, отстрелянной иностранными охотниками, которые приезжают в Крым в специальные туры. Но часть ее до того, как мы вмешались, все-таки успели вывезти и уничтожить. Вся эта птица — трофеи иностранных охотников, добыча нескольких лет».

Даже неспециалист может различить, какие птички хорошо полежавшие, какие отстреляны сравнительно недавно. Некоторые коробки помечены аж 2003 годом, в них давно уже смерзшаяся мешанина из перьев, клювов и мяса. Самая свежая добыча, датированная прошлым годом, тоже не имеет шансов получить разрешение не только на вывоз-ввоз, но даже просто на употребление в пищу: согласно санитарным нормам, при такой заморозке дичь может храниться не более шести месяцев. Правоохранителям пока не удалось обнаружить документы, на основании которых птички столько времени пролежали в морозильной камере.

Председатель Крымской республиканской организации Украинского общества охотников и рыболовов Михаил Свиридов пояснил, что, помимо вальдшнепов, в коробках нашли куропаток, голубей, фазанов, а также «мелочь» вроде жаворонков. Местные охотники таких пернатых не стреляют, и не только потому, что жалеют каждый патрон: как-то нерачительно палить по птице, в которой мяса считанные граммы.

Тонны пропадающей добычи, убитой, получается, исключительно ради развлечения, на местных охотников производит угнетающее впечатление. Они боятся, что при таких темпах отстрела им самим скоро дичи не останется. Всего в Крыму ежегодно 10 — 12 тыс. человек выходят на охоту. Поток иностранцев в последнее время увеличился: европейские власти основательно прикрутили гайки своим охотникам, введя совсем уж жесткие нормы отстрела, да и самих птичек во многих странах поубавилось. Вот любители стрельбы и потянулись на полуостров.

Крылья вверх!

Как сообщил «1К» начальник отдела охотничьего хозяйства Республиканского комитета по лесному и охотничьему хозяйству Крыма Сергей Решетько, иностранные охотники осуществляют охотничьи туры в хозяйствах автономии на договорной основе. Где-то в середине 90-х годов Крым получил известность среди европейских любителей, и сюда массово потянулись желающие пострелять. Охотиться иностранцы предпочитают на вальдшнепа, это небольшой кулик, который в Крыму в больших количествах скапливается при сезонных миграциях. Относительно тысяч птиц в морозильной камере Сергей Решетько пояснил: «Согласно Закону Украины «Об охотничьем хозяйстве и охоте», вся пернатая дичь, легально добытая охотником (в том числе иностранным), является его собственностью. И ее дальнейшее использование — личное дело охотника. На практике значительная часть добытой пернатой дичи вывозилась охотниками за границу. В последние годы странами Евросоюза были введены ограничения на ввоз такой продукции из Украины — ввиду жестких санитарно-ветеринарных требований. Столкнувшись с проблемой ввоза-вывоза и стремясь найти пути решения указанной проблемы, иностранная туристическая фирма (клиентами которой и были указанные охотники), по всей видимости, взяла на себя заботу о временном хранении добытой дичи».

Так что к иностранным охотникам, считает он, никаких претензий быть не может — как и к государственной структуре, контролирующей охоту. И местные охотники, и иностранные выступают на равных: нормы отстрела для всех одинаковы — 10 голов в день на человека. На самом деле столько никто не добывает: попасть в небольшую верткую птичку нелегко.

За охотничий сезон, по данным Рескомитета по лесному и охотничьему хозяйству Крыма, в Крыму отстреливают до 700 фазанов, 9 — 12 тыс. куропаток, 30 — 40 тыс. перепелов, 300 — 1,5 тыс. гусей, 20 — 35 тыс. уток, 2 — 3 тыс. лысух, 7 — 9 тыс. куликов, включая вальдшнепа, 18 — 25 тыс. голубей.

Доля же иностранцев в охоте на дичь не так уж велика: 4 — 6 тыс. вальдшнепов и незначительное количество другой пернатой дичи. По поводу же опасений крымских охотников, что дичь будет доставаться исключительно иностранцам, а крымчане останутся при своих интересах, чиновники утверждают, что охотничьи виды птиц — и пролетные, и оседло живущие в автономии — чувствуют себя хорошо, популяциям ничто не угрожает. У крымской куропатки, например, плотность поголовья чуть ли не самая высокая в Украине. А кочующие птицы собираются осенью здесь в таких количествах, что охота не наносит им большого урона.

Дикие и опасные

В год за нарушение правил охоты в Крыму задерживают примерно 300 — 400 человек, причем только четверть из них пытаются добыть пернатых. За последние годы ни разу не зафиксирована незаконная добыча краснокнижных видов: дрофы, стрепета, гуся малого и других. Хотя вероятность того, что браконьеры охотятся и на них, есть.

Всевозможная дичь, не только птица, но и четвероногие обитатели леса, — одна из главных изюминок меню ряда крымских ресторанов. Удивительно то, что такие предложения можно встретить не только в элитном «общепите», но и в совсем небольших кафе чуть ли не у трассы, причем по вполне демократичным ценам. Теоретически, увидев весной или летом в списке блюд какое-нибудь «седло оленя» или «ногу вепря», дикую утку, клиенты могли бы призадуматься: с какой стати в неурочное время (вне сезона охоты) им предлагают дичь? Вариантов тут немного: или животное забито браконьерами, или за дичь выдается искусно приготовленная домашняя свинка или овца.

Кстати, с птицей для предприимчивых дельцов и вовсе открывается безграничный простор для всевозможных манипуляций. Перепелки или фазаны в Крыму выращивают на фермах и в питомниках, стоят они недешево и в гастрономическом смысле слова дичью все же являются. Но были случаи, когда за деликатесное мясо выдавали скворцов и других городских птиц. В нескольких приморских селах Ленинского района еще до недавнего времени процветал бизнес на бакланах: колонии этих птиц оккупировали рукотворный лес на полуострове Казантип. Когда птенцы уже подрастают, но летать не научились, местные жители сбивают их на землю, ощипывают, вымачивают и в качестве… диких уток сбывают в кафе и рестораны. Говорят, у молодых птиц мясо не отдает рыбой и даже имеет изысканный вкус. Иногда на столе у гурманов оказываются чайки — благо их много и поймать легче легкого. Ощипанные и подготовленные тушки имеют пристойный вид, вот только есть их небезопасно для здоровья: чайки часто навещают свалки, не брезгуют отбросами, являются носителями паразитов, которые могут вызвать заболевания и у людей.

Наталья Якимова, "1K"

Ссылки по теме: