Деревья-старожилы Крыма

В некоторых местах Крыма ещё сохранились уникальные, достигающие возраста в сотни лет, деревья-долгожители — свидетели некогда шелестевших тут густых лесов.

Крым. Дерево на вершине горы

Точный возраст этих почтенных патриархов Крымских гор установить практически невозможно, так как на рост каждого дерева-старожила влияет свой индивидуальный набор природных факторов: особенности микроклимата, почвы, условия жизни и т.д. Если дерево растет в благоприятных для него условиях, то оно может и в достаточно юном возрасте достичь значительных размеров, и наоборот, дерево может иметь угнетенный вид, а жить на Земле уже не первое тысячелетие. Поэтому и нет оснований говорить о каком-то одном «самом старом дереве Крыма» — их может быть несколько. Единственный способ установить точный возраст дерева — это спил ствола для подсчета годовых колец, но это можно произвести лишь после его гибели. В связи с такими затруднениями по определению возраста крымских старожилов, наиболее древние из них на полустрове уже традиционно называются «тысячелетними».

В настоящее время в Крыму произрастает несколько «тысячелетних деревьев». На вершине г. Ай-Петри растет небольшое, угнетенное ветрами, дерево тиса ягодного, имеющее высоту 10 метров и окружность ствола 3 метра (на уровне груди человека). Дерево это растет у туристской тропы, что сильно повлияло на его облик — ветви обломаны, а на коре вырезаны инициалы и фамилии нерадивых туристов. Тис у вершины Ай-Петри упоминается у многих авторов — ученых и краеведов, и возраст его традиционно считают в 800-1000 лет [2, 7 и др.]. Дерево растет на территории Ялтинского горно-лесного заповедника, но должным образом не охраняется, что вскоре может привести к его гибели. Кстати, впервые это одно из старейших деревьев Крыма предложил внести в реестр памятников природы российский ученый-биолог А. П. Семенов Тян-Шанский, сын известного общественного деятеля, ученого и путешественника по Тянь-Шаню.

В километре к западу от зубцов Ай-Петри растет ещё одно старое дерево тиса, возраст которого оценивают в 1100-1200 лет. Его высота так же невелика — около 10 метров, а диаметр ствола на высоте 1,3 м — 122 см Дерево находится в угнетенном состоянии — большое количество иголок высохло, а ветви покрыты лишайником [3].

На Южном берегу Крыма встречаются «тысячелетние» деревья другого представителя доледниковой реликтовой флоры Крыма — фисташки туполистной (другие названия — кевовое, терпентиновое, скипидарное дерево). Наиболее старые экземпляры фисташки растут в Никитском Ботаническом саду, в парке Нижней Массандры, на мысе Айя и на самой вершине мыса Ай-Тодор [7].

На мысе Ай-Тодор растет и другое дерево тысячелетнего возраста — можжевельник высокий. 800-1000 летние деревья можжевельника встречаются и в других местах ЮБК — в Айя-Ласпинском урочище, в парках Фороса, Симеиза, в Семидворье, урочище Канака [7].

На горе Ай-Никола растет еще одно уникальное творение крымской средиземноморской флоры — мощное, старое дерево земляничника мелкоплодного — известной «бесстыдницы». Об этом дереве с любовью пишет известный ученый проф. В. Г. Ена: «На западном „плече“ Ай-Николы, на высоте 320 м, в маленьком романтическом урочище, прикрытом с юга скалой, а с севера — крутым склоном с древней каменной кладкой, разместилось дерево земляничника, одно из самых старых на полуострове. Десять больших и малых ветвей, каждая из которых по виду самостоятельное дерево, отходят от кряжистого, словно оплывшего, четырехметрового в обхвате ствола. Этому дереву наверное не меньше тысячи лет, однако оно хорошо развивается, плодоносит» [2].

Есть в Крыму и «тысячелетние» дубы. На Южном берегу наиболее старые, величественные экземпляры дуба пушистого с обхватом ствола 5 -5,5 метров растут в парках Фороса, Тессели, Меласа, Ливадии, в Мухалатке, Ясной поляне, Нижней Ореанде, Никитском ботаническом саду и Верхней Массандре.

В Верхней Массандре возле небольшой церкви во имя Усекновения главы Иоанна Предтечи росло несколько многосотлетних деревьев дуба и грецкого ореха, окруженных деревянными скамейками. Около самой церкви рос величественный «тысячелетний» дуб, на громадных сучьях которого были укреплены колокола. А из-под алтаря брал начало «святой» источник, вода которого ниже церкви собиралась в «небольшой водоем, украшенный иконами» [6]. Служба в церкви проводилась один раз в год — 29 августа (11 сентября), тогда же и звонили в висящие на ветвях дуба колокола. Последний раз служба в церкви проводилась 29 августа 1928 года, после чего храм был разрушен. В настоящее время установить в каком состоянии находится «священный» дуб, источник Иоанна и другие многосотлетние деревья в округе бывшего храма невозможно, так как вся эта территория находится в ведомстве Министерства Обороны Украины и используется в качестве государственной дачи. дуб

Наиболее старый и, похоже, единственный достигший действительно тысячелетнего возраста, дуб скальный со стволом окружностью 8 метров, растет у с. Высокое Бахчисарайского района (б. Верхний Керменчик) [7].

Практически все южнобережные деревья-старожилы расположены на территориях, которые в настоящее время входят в перечень объектов природно-заповедного фонда АРК, и тем самым сохраняются от истребления.

К сожалению, не все исполины крымских лесов смогли дожить до времени, когда государство, хоть часто и недостаточно, но все же стало заботиться об охране природы.

Так, в 1922 году у села Биюк-Сюрень (совр. Танковое) было срублено уникальное дерево дуба черешчатого, возраст которого считался около 1500 лет — это было самое старое дерево полуострова, а по мнению знаменитого садовода Л. П. Симеренко «наш крымский великан — старейшее дерево в Европе» [13]. Дуб рос в фруктовом саду в пойме реки Бельбек, в имении Говорова (поэтому дерево часто называли «Говоровский дуб»), и по последним измерениям, проводившимся по заданию Л. П. Симеренко в 1910 году, окружность его ствола достигала 11,4 м (!), а окружность кроны — 46 м. Этот дуб-гигант по справедливости называли «крымским баобабом».

Им интересовались многие известные люди, чьи имена напрямую связаны с Крымом. Впервые этот потрясающий памятник природы открыл для науки и измерил в конце XVIII века Пётр Паллас. В своем дневнике он записал, что по берегам крымских рек «...иногда находятся весьма толстые дубы, из которых отменитее всех растущий близ деревни Суреене: ибо пень его имеет в окружности даже до 30 футов» [9], т.е. около 915 см. Согласно Палласу, «окружность площади тени, даваемой в полдень его кроной» равнялась 100 шагам [9]. Затем в 1852 году дерево измерил Х. Х. Стевен — основатель Никитского сада, тогда окружность ствола составляла уже 11,1 м, высота дерева 26,7 м, а диаметр кроны 31 метр. В 40-х гг.XIX века великая княжна Елена Павловна, проезжая мимо дуба также соблаговолила его измерить и послала гонцов в Бахчисарай за мерной лентой; но «в лавках Бахчисарая не оказалось ленты такой длины» [8]. В 1888 году Говоровский дуб, который в то время еще называли «крымским зонтиком», посетили во время своей экскурсии в Бахчисарай ученики Симферопольской мужской гимназии. Они так же произвели замеры дуба: по их данным ствол имел «15,5 аршин в окружности, площадь, покрываемая ветвями его, равна 6300 квадратных фута, высота равняется 12,75 сажени» [11]. Гимназисты высчитали, что под сенью его ветвей сможет уместиться более 3000 человек.

По поводу происхождения дуба-великана существовала следующая легенда: «Жили два брата, старший был ученый и любитель редкостей, младший — добрый малый, не больше; он жил трудом и никогда не обращался к старшему брату за помощью. Достигнув совершеннолетия, младший брат обручился и был назначен день свадьбы, как вдруг невеста его сильно захворала, и врачи заявили, что медицина бессильна. Осталась единственная надежда на талисман брата, силою которого совершались чудеса. Старший брат наотрез отказал в талисмане, так как он не был согласен на этот брак. Нужно было во что бы то ни стало похитить этот замечательный кусочек дерева, в котором заключалась и жизнь невесты, и будущность младшего брата. Случай скоро представился и жених уже был на пол пути от невесты с талисманом в руках, как посланные старшим братом слуги догнали его при сильной грозе и проливном дожде. На этом самом месте, где стоит дуб-великан, младший брат с досады, в сильном гневе, бросил талисман в землю и затоптал ногами. Из этого кусочка дерева и вырос громадный дуб, корою которого и поныне лечатся татары, и вера в существование чудодейственной силы дуба спасает их от недугов. Есть болезни, которые, по татарскому поверью, исцеляются сном около корня этого дерева» [11].

Не удивительно, что местные жители-татары искренне почитали это величественное дерево, рассказывали о нем многочисленные предания и легенды, а листья дуба и его кору использовали в качестве лекарства от многих болезней. Кстати, кора дуба была не похожа на обычную кору дерева, а «как бы превратилась в окаменелую массу, и с большим трудом местные татары скоблят её топором для „илача“, то есть для лекарства, которым они лечатся от всех недугов» [11].

На бережное отношение к дубу-великану указывает и тот факт, что нижние самые мощные (до 1.5 аршина в диаметре) и тяжелые сучья дерева поддерживались сложенными из бута каменными колоннами. Дуб из Биюк-Сюреня был широко известен и почитаем в Крыму — его изображения печатались на открытках, в журналах «Нива» и «Пчела», есть его фото в книге Л. П. Симеренко «Крымское промышленное плодоводство», Говоровский дуб показывали путешественникам как экскурсионный объект.

Возможно и сейчас бы рос этот великан растительного мира, старейший из всех крымских деревьев, не приди в чью-то голову чудовищная мысль уничтожить эту святыню растительного мира Крыма. Скорее всего, пустили дуб на дрова как раз из-за его почитания местными жителями. Ведь 1922 год — время, когда в самом разгаре шло уничтожение святынь — как рукотворных, так и природных. Но так ли все было — нам уже никогда не узнать.

Еще недавно среди местных жителей округи Гурзуфа ходило предание о старом дубе на горе Аюдаг (Медведь-гора). Эту легенду хорошо выразил в стихах крымский поэт Анатолий Никаноркин:

О чудесном дубе в лагере «Артек»
Как-то говорил мне старый человек:
«На лесной поляне, на горе Медведь
Дуб стоит могучий, можешь посмотреть,
Он стоит — не сохнет — очень много лет,
Слышал, — не ручаюсь, — есть такой секрет:
Силу и здоровье получает тот,
Кто коснется дуба, в руки лист возьмет...
(А. Никаноркин. «Чудесный дуб». Литературно-художественный альманах Крым, № 31, 1962.)

Строчки стихотворения возвращают нас к «Говоровскому дубу»: его листья так же использовались местным населением как лекарство, врачующее от всех болезней. Два этих свидетельства о врачующей силе дубов-гигантов наталкивают на мысль, что ещё до недавнего времени некоторые старые почитаемые крымские деревья считались у местных жителей целебными, что являлось одним из остатков древнего культа «святых» деревьев, переросшего в данном случае в почитание врачующей силы дуба.

Тысячелетнего возраста могут достигать не только местные крымские породы, но и некоторые представители культурной флоры, завезенные на полуостров людьми. До наших дней в долине р. Улу-Узень, чуть ниже с. Генеральское (б. Мега-Потам, Улу-Узень), сохранились два гигантских «тысячелетних» дерева грецкого ореха, культура которого связана с появлением в Крыму выходцев из Греции. Крона самого старого из них занимает площадь в 900 м2, ширина кроны с востока на запад 29 м, а с севера на юг 35 м. Высота дерева 25 м, обхват на уровне груди 575 см, а диаметр ствола 180 см. [10].

Ещё в начале XX века на Южном берегу, в имении Мшатка, рос огромный «тысячелетний» орех, который был хорошо известен среди крымского населения. Этот гигант имел ствол толщиною «в 5 обхватов» и одиноко, словно настоящий памятник, стоял посреди круглой, покрытой виноградниками, долины. Это дерево было такой величины, что по словам В. Х. Кондараки «под тенью его могут расположиться до ста всадников» [5]. Поэтому дерево так и называлось: «сто всадников». В год оно давало урожай до 70 000 орехов. Интересно, что в 30-х годах XIX века на вершине ореха, «на его громадных развесистых ветвях, среди самой листвы, была устроена обширная беседка — ротонда, куда вела витая большая лестница кругом ствола» [8].

До второй половины XIX века в Мисхоре рос не менее замечательный и знаменитый орех-великан, который хоть «размером ствола и уступал мшатскому, но в росте был больше и на вид грознее». Татары называли это дерево собственным именем — «черкес-чевис», оно было поделено между 16 владельцами, каждому из которых принадлежали отдельные ветви дерева, переходившие по наследству из рода в род. С каждой такой ветви, а длина некоторых из них достигала 28 шагов, собиралось до 100 000 (!) орехов в год. Орех был настолько громаден и величественен, что даже император Николай I, путешествующий по Таврике в 1837 году, был поражен его красотой и приказал зарисовать орех. Дерево это считалось самым старым на Южном берегу и когда оно было повалено бурей, то оказалось, что «между стволом и ветвями на нем росли целые деревья лавра и рамуса». Из ореха получилось несколько сажень дров [5, 8].

Иногда, даже большим почитанием, чем старые «тысячелетние» деревья, пользуются сравнительно молодые представители древесной флоры в возрасте от 200 до 800 лет, в том случае, если с ними связано какое-либо важное историческое событие либо личность известного человека. Такие деревья-свидетели можно называть «мемориальными».

Наиболее известным из крымских мемориальных деревьев является величественный экземпляр дуба черешчатого в Детском парке города Симферополя. фото И хотя это дерево непосредственно не связано с каким-либо важным историческим событием, это наистарейшее дерево города очень почитаемо среди жителей Симферополя, которые ежедневно приходят в Детский парк отдохнуть под тенью громадного дуба. Дуб имеет и собственное название — «Богатырь Тавриды», олицетворяя своим могуществом и величием благословенную землю Тавриды. В настоящее время высота дерева составляет 25 метров, обхват ствола 6,12 метра, а диаметр кроны около 30 метров. Насчет предположительного возраста дуба существует несколько мнений, в связи с чем в разных источниках указывается различный возраст — от 500 до 700 лет [1, 7, 12 и др.]. Точный же возраст «Богатыря Тавриды» определить в данное время невозможно.

До возникновения первых строений г. Симферополя «Богатырь Тавриды» рос в составе естественного тугайного дубового леса поймы реки Салгир. С ростом города росла и хозяйственная деятельность в долине Салгира — естественная растительность стала уступать место человеку. Погибали под ударами топора и многовековые дубы — чудом с тех пор остался «Богатырь Тавриды», да несколько дубов 300 — 400 летнего возраста, разбросанных по паркам и скверам города. Есть такие дубы в парке «Салгирка», в Детском парке у Института минеральных ресурсов и один дуб в сквере им. В. Ленина по ул. Павленко. До конца ХХ века «Богатырь Тавриды» рос в составе сада известного химика Де Серра, хорошего знакомого А. С. Пушкина. Замечательный русский поэт, будучи в 1820 году в Симферополе, гостил у Де Серра и наверняка неоднократно гулял по саду, где его пытливый взгляд мог остановиться и на нашем дубе. И кто знает, может и бессмертные слова: «У Лукоморья дуб зеленый...» родились в голове поэта как раз у этого дерева. Уже только поэтому оно заслуживает охраны и почитания.

Решением Крымского Облисполкома от 22.02.72 г. за № 97 дуб «Богатырь Тавриды» был объявлен памятником природы. В настоящее время дуб растет посреди обширной площадки Детского парка, находится в довольно хорошем состоянии, является одной из достопримечательностей города и гордостью симферопольцев.

Другой не менее известный и почитаемый экземпляр дуба черешчатого сохранился в нескольких километрах к северу от Белогорска в долине р. Биюк-Карасу. Это так называемый «Суворовский дуб», под которым, как гласит предание, в 1777 году великий русский полководец, генерал-поручик Александр Васильевич Суворов вел переговоры с представителями турецкого султана. Почти из самого основания ствола у дуба выходят четыре больших сросшихся между собой ветви, из-за чего дуб иногда ещё называют «Четыре брата». Ветви дуба образуют громадную крону диаметром 30 метров, которая отбрасывает тень на 300 м2. Диаметр ствола в основании дерева равен 3,8 метров, а окружность ствола 12,2 м, при высоте дуба в 18 м (по некоторым данным высота 22 м). Возраст «Суворовского дуба» приблизительно равен 800 лет. С 1997 года дуб находится под охраной государства как памятник природы.

С именем другого известного в Крыму человека — Федора Карловича Мильгаузена связано дерево каштана конского, произрастающего во дворе дома № 30 по ул. Фрунзе в Симферополе. Ф. К. Мильгаузен (1775 — 1853) был известным русским врачом, общественным деятелем и ученым. В его доме, который сохранился до наших дней (ул. Киевская № 24) и который выходит фасадом во двор, где растет каштан, бывали многие знаменитые люди, чьи имена дороги каждому русскому человеку: художник И. К. Айвазовский, ботаник Х. Х. Стевен, историк П. И. Кеппен, поэты К. Н. Батюшков и В. А. Жуковский, актер театра М. С. Щепкин, литератор В. Г. Белинский и многие другие. Некоторые из них могли видеть и этот каштан, который был посажен Ф. К. Мильгаузеном в 1829 году в качестве мемориального семейного дерева: в одну лунку врач посадил семь плодов каштана — по количеству членов своей семьи. В первые же годы после посадки два ростка пропали, а остальные пять хорошо прижились и слились в единое мощное пятиствольное дерево, которое в отличном состоянии сохранилось до наших дней — каштан ежегодно обильно цветет и плодоносит. У самой земли стволы дерева срослись и здесь (на высоте 40 см) их общий обхват составляет 5,15 метра. На высоте 2 метра отдельные стволы каштана имеют обхваты: 1,85 м, 2,00 м, 2,25 м, 2,30 м и 2,25 м. В 1972 году решением Крымского Облисполкома «Пятиствольный каштан» был объявлен памятником природы.

Есть свое мемориальное дерево и на Южном берегу Крыма. Это — хорошо известный всем поклонникам творчества А. С. Пушкина так называемый «Пушкинский кипарис», который растет в Гурзуфе у входа в дом, где три недели жил талантливый русский поэт. Для Пушкина, жителя северной России, диковинное дерево кипариса навевало приятные думы, под его пирамидальной кроной рождались замыслы новых творений, да и через много лет после крымской поездки А. С. Пушкин неоднократно вспоминал своего «южного друга», с которым он каждое утро здоровался по пути к морю.

«...У самой террасы стоял кипарис,
Поэт называл его другом...«
(Н. А. Некрасов)

Для почитателей пушкинского гения «Пушкинский кипарис» — дерево поистине святое, к нему на поклон ежегодно приезжают сотни людей с разных концов мира.

«...Пушкин надолго прославил его:
Туристы его навещают,
Садятся под ним и на память с него
Душистые ветки срывают...«
(Н. А. Некрасов)

В год 200-летия Пушкина две ветки этого дерева были переданы на могилу Анны Керн и в музей поэта в Санкт-Петербурге. Там же, в Гурзуфе, возле памятника А. С. Пушкину растет громадный платан, посаженный в годовщину смерти поэта — в 1838 году владельцем гурзуфского имения И. И. Фундуклеем. Этот платан так же можно считать за мемориальное пушкинское дерево.

К сожалению, в настоящее время государственная охрана памятников природы зачастую чисто номинальная и мало эффективная. И в первую очередь от этого страдают «живые» памятники природы — деревья. Значительную помощь государству в деле охраны «тысячелетних» деревьев Крыма могут оказать общественные организации, учебные заведения, предприятия рекреационного комплекса, занимающиеся туристско-экскурсионной деятельностью.

Первоочередной задачей для охраны многолетних деревьев является их полная инвентаризация. Понятие «старое дерево» относительно и индивидуально для каждого рода дерева, но все же минимальным возрастным рубежом для инвентаризации можно посоветовать 500 летний возраст. Таких деревьев в Крыму пока еще немало. Само собой разумеется, что на учет в качестве памятников природы должны быть взяты и мемориальные деревья.

При инвентаризации дерева необходимо придерживаться следующего плана:
  1. Местное и научное название растения.
  2. Точное местонахождение.
  3. Размеры дерева (обхват ствола на уровне груди человека в см, высота дерева., диаметр кроны и площадь ею занимаемая).
  4. Биологическое состояние дерева.
  5. Наличие легенд, преданий и обычаев, связанных с деревом.
  6. Исторические литературные сведения о данном дереве.
  7. Проводимые меры по сохранению дерева.

К этому должен прилагаться комплект фотоснимков дерева (полный рост и отдельные детали). Охрану и присмотр за деревом необходимо возложить на организацию, на чьей территории растет дерево, при контроле за всеми действиями местной природоохранной структуры. Так же важно помнить, что достопримечательные деревья обладают большим рекреационно-научным потенциалом, в связи с чем желательно их использование в краеведческой, экскурсионной и научно-педагогической работе.

И только при исполнении всего комплекса вышеприведенных условий мы сможем сохранить крымские деревья-памятники, за что получим благодарность не только наших потомков, но и самой Природы.

Литература:
  1. Ена В. Г. Памятники природы. Богатыри Тавриды // Вам, туристы. — Симферополь: «Крым», 1965.
  2. Ена В. Г. Заповедные ландшафты Крыма. — Симферополь: «Таврида», 1989.
  3. Захаржевский Я. В. Найстаріший тис Криму // Укр. бот. журнал, т. 23, 3 2, 1966.
  4. Коваленко И. Деревья-долгожители // Таврические ведомости, № 5 (303), 16.02.2001.
  5. Кондараки В. Х. В память столетия Крыма. — Николаев, 1873.
  6. Крым. Путеводитель. — Симферополь, 1914.
  7. Лыпа А. Л. Достопримечательные деревья Крыма. — Смимферополь: «Крым», 1967.
  8. Накропин О. Замечательные древние деревья в Крыму // Вестник садоводства, плодоводства и огородничества. СПБ, 1883.
  9. Паллас П. С. Путешествие по Крыму в 1793 и 1794 годах академика П. С. Палласа // ЗООИД. — Одесса, 1881, т.12.
  10. Пасенков А. Тысячелетние ореховые деревья в Крыму // Виноградарство и садоводство Крыма. — Симферополь, № 12, 1962.
  11. Попов А. Вторая учебная экскурсия Симферопольской мужской гимназии. Бахчисарай. — Симферополь, 1888.
  12. Рубцов Л. И. Достопримечательные экземпляры дуба в Крыму // Бюлл. Главн. бот. сада, № 35. М., 1959.
  13. Симеренко Л. П. Крымское промышленное садоводство. — М, 1912.


Деревья-старожилы Крыма — победители конкурса «Национальное дерево Украины»

Конкурс проходил в четырех номинациях. При этом самым старым деревом Украины признана 2000-летняя олива, растущая в Никитском ботаническом саду (Большая Ялта). Второе место в этой номинации также принадлежит старожилу Никитского сада — 1700-летней фисташке. В номинации «Историческое дерево Украины» третье место с древними деревьями других регионов страны разделил 200-летний миндаль, растущий на Малаховом кургане в Севастополе, — это единственное дерево, уцелевшее во время героической битвы с фашистами на Малаховом кургане. А в номинации «Эстетически ценное дерево Украины» на втором месте оказался 1300-летний земляничник Ены на горе Ай-Никола в поселке Ореанда.

По информации пресс-службы Министерства охраны окружающей природной среды Украины