22 февраля 2009 г.

Как крымские студенты угнали самолет

Успело вырасти целое поколение, которое не представляет, как можно запретить человеку покинуть страну. Ведь перед каждым из нас открыт целый мир, увидеть который может помешать только отсутствие денег или охоты к перемене мест.

А ведь когда-то заграница была доступна только избранным, у обычного человека был разве что микроскопический шанс посетить по турпутевке одну из стран соцлагеря вроде Польши или Болгарии. Но были в СССР люди, стремившиеся покинуть Страну Советов не только из-за тяги к путешествиям или к продуктовому и вещевому изобилию, — им не хватало свободы. О тех, кто пытался сбежать из СССР, советские газеты сообщали скупо, и у них был заготовлен целый набор штампов, клеймящих «перебежчиков».

Крымские студенты угнали самолет

В октябре 1970 года двое молодых людей купили в керченском аэропорту билеты до Краснодара на маленький четырехместный самолет Л-200. В то время такой короткий перелет из Крыма через пролив не пробивал брешь даже в скромном студенческом бюджете. А Владимир Поздеев и Николай Гилев были как раз студентами, родственниками и почти ровесниками: одному исполнилось 20 лет, другой на год старше. В Краснодар на самом деле они не собирались, а стремились куда дальше — на другой берег Черного моря, в Турцию. Владимир занимался в аэроклубе и тщательно штудировал книгу о полетах, надеясь, что этого будет достаточно для самостоятельного управления самолетом.

Кстати, двенадцатью днями раньше, 15 октября, СССР потрясла весть о невероятном происшествии: впервые был угнан за границу самолет (до этого, с 1958 года, насчитывались 4 неудачные попытки). При этом захватчики, отец и сын Бразинкасы, убили стюардессу Надежду Курченко. Возможно, в крупных аэропортах и были усилены меры безопасности, но кто мог подумать, что двое студентов выберут маленький самолетик для броска через море? Когда тот поднялся в воздух, молодые люди отстранили летчика от управления (в самолете находился еще один пассажир, но он предпочел не противоречить решительно настроенным студентам).

Один из участников этого второго в Советском Союзе успешного угона самолета и сейчас живет в Крыму, но категорически не желает даже вспоминать о данном событии — эта история сломала всю его дальнейшую жизнь. Но все-таки кое-какие подробности удалось узнать от известного диссидента, участника украинского национального движения в 60–80-е годы Сергея Бабича, которого в 1974 году судьба свела с одним из беглецов в лагере.

«Он рассказывал, что, после того как летчика отстранили от управления, самолет начал падать, все могли погибнуть, — вспоминает Сергей Бабич. — Им пришлось снова посадить за штурвал летчика, посадку они тоже доверили ему. Их очень удивило, что после приземления в турецком аэропорту не собралась толпа, никто не бежал приветствовать беглецов из СССР. Довольно долго они просто сидели в самолете... Были страшно разочарованы и потом, когда, узнав обстоятельства дела, турецкие власти просто отправили их в лагерь для перемещенных лиц. Это был вовсе не тот западный рай, о котором мечтали парни, а поскольку они не были идейными беглецами, то и большой ценности для западной пропаганды не представляли, чествовать их как героев никто не собирался».

Беглецы провели в Стамбуле почти полтора года, ожидая виз в США, и должны были уже получить их. Но как раз в этот момент прибывший в Турцию корреспондент ТАСС привез им весточки от родных, он же вызвался передать ответы.

«30 апреля 1971 года, г. Стамбул. Здравствуйте, папа и мама. Мне очень стыдно перед вами. Вы всю свою жизнь отдали мне, у меня было все. Я не слушал вас, я поверил какому-то „дяде“. Вы думали, заботились обо мне, я же не думал, что делаю, зачем и для чего. Чего мне не хватало, до моей глупой головы дошло слишком поздно. Лишь тут я понял, что значит иметь маму, папу, а самое главное — Родину». Это письмо Николая Гилева к родным было опубликовано в небольшой брошюрке о тлетворном влиянии Запада, вышедшей в Крыму в 1974 году, — это и были те самые весточки для семей. Такое же полное раскаяния письмо было написано и Поздеевым.

«30 апреля 1971 года. Здравствуйте, папа, мама и сестра Валя. Я не знаю, с чего начать письмо, какие искать слова в свое оправдание, потому что оправдать то, что мы сделали в октябре, невозможно. Шесть месяцев я нахожусь в Турции. За эти месяцы я тысячи раз проклял тот день, когда пошел захватывать самолет. Папа и мама, били вы меня мало, бить надо было больше и после школы не в институт посылать учиться, а на работу надо было заставлять идти, да на самую тяжелую, чтобы в рабочем коллективе ума набрался. А я сидел 20 лет на вашей шее да еще и опозорил на всю жизнь...»

Молодым людям обещали снисхождение и понимание, потому они все-таки отказались от «американской мечты» во имя мечты советской. Наверное, сопровождавшие их на родину сотрудники спецслужб имели указания, как именно обращаться с молодыми людьми. И все было просчитано: от момента пересечения границы и пира в честь вернувшихся в ближайшем приграничном совхозе до момента, когда на вставших из-за стола студентов надели наручники.

Угонщики самолета получили приличные сроки — 10 и 12 лет лишения свободы. Может быть, это был самый бессмысленный побег из всех, что совершали до и совершат после, — никто от него ничего не выиграл.

Отчаянных попыток жителей СССР вырваться из страны были тысячи — с угонами самолетов, кораблей, машин. Беглецов ловили, но шумные процессы устраивали редко — может быть, затем, чтобы не показывать, как много было людей, которым не хватало свободы.

«»