18 июня 2014 г.

Южный берег Крыма предлагали иностранным туристам как Советскую Калифорнию

В Ялту зарубежных гостей приглашали как в Красную Ниццу, а весь Южный берег Крыма в 1930-х предлагали иностранным туристам как Советскую Калифорнию «Железный занавес», существовавший в СССР, не позволял его гражданам совершать поездки во всякие там капиталистические державы. Но жители капстран при этом в Союз приехать могли. Интуристы, жаждущие увидеть достопримечательности Крыма, бывали здесь и в сталинские времена, и позднее.

Советский Крым

«Ялтинский набор» для иностранцев


Poster. URSS, Crimea
Особое гостеприимство по отношению к иностранным туристам демонстрировали советские власти в 1930-х. За весь довоенный период Советский Союз посетило около 100 тысяч иностранных туристов, из которых около 7,5 тыс. побывало на ЮБК. В те времена так называемый въездной туризм был не столько статьей дохода, сколько способом показать всему миру (посредством его отдельных представителей), как замечательно живет советский народ. Понятно, что экскурсионные маршруты и «культурная программа» при этом подбирались очень тщательно: у иностранных гостей должно было сложиться представление о Крыме как о «земле древностей, солнечного света, аромата цветущих садов, здоровья и счастья», как о некой Советской Калифорнии — так в проспектах для интуристов иногда называли Южный берег. Главная роль в выполнении этой задачи возлагалась на Ялту — ее величали Красной Ниццей.

Читайте также: Курорт Суук-Су — «крымский Монте-Карло»

Плакат. Осенне-зимний сезон на курортах СССР
В «ялтинский набор» традиционно включались экскурсии на Ай-Петри, в Гурзуф и к водопаду Учан-Су, осмотр винодельческого совхоза «Массандра» и южнобережных санаториев (с непременным посещением первого в мире крестьянского санатория в Ливадии), а также посещение Алупкинского музея, Дома-музея Чехова. По пути в Ялту зарубежные гости на пару дней останавливались в Севастополе (Севастополь за весь советский период был открыт для иностранцев лишь 12 лет: в 1931 – 1939 и 1961 – 1964 гг.). Здесь основными экскурсионными объектами были Панорама обороны Севастополя и Херсонес, который принято было преподносить как «крымскую Помпею». (Кстати, с Помпеей Севастополь сравнивал еще Марк Твен. Побывав здесь в 1867 году, он написал:
Помпея сохранилась куда лучше Севастополя. [...] Долгих полтора года война бушевала здесь и оставила город в таких развалинах, печальнее которых не видано под солнцем.
Poster Crimea
По пути в Херсонес гидам-переводчикам рекомендовалось заезжать на кладбище коммунаров, где показывать памятники лейтенанту Шмидту и 49-ти подпольщикам. Также дорогим гостям демонстрировали расположенные в городе объекты социалистического строительства — Институт физических методов лечения, водную станцию «Динамо», детский сад Дома Красной армии и флота.

В Ялте иностранцы жили в гостиницах «Ленинград» и «Ореанда», в Севастополе — в «Северной». Правда, похвастать хорошими условиями эти отели не могли (к примеру, в «Северной» не было горячей воды, а на всю гостиницу имелась лишь одна ванна), и капризные иностранцы часто оставались недовольны. Жаловались они и на недостаточное внимание к себе со стороны персонала. Например, в 1936 году американская туристка писала:
В Ялте [...] прибыв с теплохода, я прождала долгое время, пока заведующий развлекался игрой в шахматы. Он был груб и безответственен в своих обещаниях.

«...Озабочены тем, что заграница о них подумает»


Poster. USSR, Crimea
Если нарекания рядовых иностранных гостей вызывал лишь уровень сервиса, то нерядовые умудрялись в поездках по «земле здоровья и счастья» увидеть и то, что хозяева изо всех сил пытались скрыть. Французский писатель, лауреат Нобелевской премии Андре Жид побывал в Союзе и в частности в Крыму в 1936 году. Как и другим зарубежным друзьям, ему старательно демонстрировали достижения молодого советского государства. Но при этом писатель заметил одну характерную особенность:
Впрочем, если они (советские люди. — Ред.) все же небезразличны к тому, что делается за границей, все равно значительно больше они озабочены тем, что заграница о них подумает. Самое важное для них — знать, достаточно ли мы восхищаемся ими. [...] Очаровательные маленькие девочки, окружившие меня в детском саду [...] перебивая друг друга, задают вопросы. И интересуются они не тем, есть ли детские сады во Франции, а тем, знаем ли мы во Франции, что у них есть такие прекрасные детские сады.
Поговорив со взрослыми людьми, «вполне грамотными рабочими», Андре Жид приходит к выводу:
Для них за пределами СССР — мрак. За исключением нескольких прозревших, в капиталистическом мире все прозябают в потемках.
Плакат. В сберкассе деньги накопила, путевку на курорт купила

Неприятно удивила писателя и чрезмерная идеологическая подкованность детей в «Артеке». Один из пионеров сходу пустился объяснять ему, что «Артек» — лучший лагерь в мире, хотя еще недавно здесь ничего не было, и что так повсюду в СССР: «вчера — ничего, завтра — все». О самом «Артеке», признавая все его несомненные достоинства, писатель, тем не менее, отзывался как о «рае для образцовых детей — вундеркиндов, медалистов, дипломантов (поэтому я предпочитаю ему многие другие пионерские лагеря, более скромные и менее аристократические)».

Плакат. Сбылись мечты народные

Читайте также: Военный «Артек»

Севастополь в целом произвел на Андре Жида очень хорошее впечатление:
Несомненно, есть в СССР города более красивые и более интересные, но нигде еще я себя так хорошо не чувствовал.
Однако писателя поразило огромное количество беспризорников на улицах:
Андре Жид
Андре Жид
В Севастополе их полным-полно... Чем живут беспризорники, я не знаю. Знаю только, что, если им выпадает возможность купить кусок хлеба, они его тотчас съедают. Большинство веселы, несмотря ни на что. Но некоторые крайне измождены. Мы беседуем со многими из них, завоевываем их доверие. В конце концов, они показывают нам место, где часто проводят ночь, когда погода не позволяет спать на улице: это недалеко от площади с памятником Ленину, под красивой галереей на причальной набережной.
Как водится, показали почетному французскому гостю и Херсонес, но эта экскурсия тоже вызвала у Андре Жида противоречивые чувства:
Археологический музей Херсонеса в окрестностях Севастополя [...] расположен в церкви. Настенную живопись в ней пощадили, несомненно, из-за ее антихудожественности. Поверх фресок развешены повсюду плакаты. Под изваянием Христа надпись: «Легендарная личность, которая никогда не существовала».

Татьяна Шевченко, «Крымская газета»

Читайте также: