29 сентября 2011 г.

Маврон-Кастрон — первая столица скифов

«Карасу, или Карабазар, один из самых больших городов Крыма, лежит в долине, в очень приятной местности. Большой Карасу течёт через середину города. Город принадлежит калга-султану. Греки называли его прежде Маврон-Кастрон, в начале четырнадцатого столетия францисканцы имели здесь монастырь. В 1737 г. он был взят русскими. Большая часть жителей — армяне, греки и евреи, но живут здесь также татары и турки». С этого описания, сделанного саксонским профессором Тунманном ещё до присоединения Крыма к Российской Империи, и началось наше путешествие в поисках загадочного античного города Маврон-Кастрон.

Белогорье
Автор фото — Александра Кириленко

Как указывается в предисловии к «Крымскому ханству» Тунманна, вторая половина XVIII века в Западной Европе — это время интенсивного развития, консолидации и укрепления капитализма. Оно отличалась чрезвычайно энергичным, активным стремлением передовых капиталистических стран Европы — Англии, Нидерландов, Франции — к овладению внеевропейскими рынками и острой борьбой за них. В литературе появляется много географических изданий, описаний путешествий, географических обзоров и сводок. Одним из образцов такого рода географической литературы этой эпохи являлась известная и популярная тогда географическая серия «Большое землеописание Бюшинга». Издатель Бюшинг придал своему детищу форму «строго научного» географического сборника.

Описание Крымского ханства Тунманна сделано с большой методичностью и деловитостью. Это было первое систематическое, исчерпывающее описание ханства. Тем не менее узнать что-либо ещё о «Чёрной крепости» не удалось. Пришлось обратиться к известному краеведу Белогорья Владимиру Килессе.

И весьма кстати. Оказывается, краевед в январе этого года выступил в местной прессе со статьёй, в которой обосновал версию о возрасте города, насчитав 1810 лет. При этом Владимир Григорьевич опирался на текст Тунманна и на карты Клавдия Птолемея, знаменитого александрийского астронома, математика и географа. «У меня как у краеведа возник вопрос: как у немецкого педанта могли возникнуть мысли о прежнем названии нашего города? Возможно, у него были источники, но где они и где их искать? — рассказывает В. Килесса. — Многие годы размышлений не давали покоя: я верил, что Тунманн не мог выдумать название Маврон-Кастрон». Краевед обращался к античным первоисточникам — трудам Геродота, Страбона, Плиния, но ответа не нашёл. Только с помощью Интернета удалось изучить наследие одной из крупнейших фигур в истории науки эпохи эллинизма — Птолемея. Белогорский краевед уверен: «Теперь я убеждён, что немецкий учёный пользовался картой Птолемея Клавдия, жившего во втором веке нашей эры!». Его труд «Руководство по географии» представляет собой собрание географических знаний о древних.

Но поскольку большинство данных было получено путешественниками, карты Птолемея содержат много ошибок. Например, заниженная величина земной окружности, представление о Земле как о сфере, покрытой сушей, занимающей две трети Северного полушария. И именно он внушил Христофору Колумбу, что до Индии можно добраться, продвигаясь в западном направлении. Свою работу Птолемей сопроводил атласом из 26 отдельных карт и сводной картой всего известного к тому времени мира. Книга завоевала такой авторитет, что даже столетие спустя, после путешествий Колумба и Магеллана, которые ниспровергли основные положения «Географии», всё ещё выходили карты в стиле Птолемея.

На одной из них наш полуостров представлен весьма узнаваемо, знакомые места — Феодосия, Херсонес. Но в центре суши никакого Маврона-Кастрона. Зато обозначены другие города — Аргонда, Партакра. С первым понятно: историк Феоктист Хартахай в труде «Христианство в Крыму» (1864) упоминает о греческой колонии Аргонда, которая находилась на месте села Аргын (сейчас село Балки Белогорского района). А вот второе название встречается у более позднего, чем Тунманн, автора. Мария Гатри посетила Крым в 1795 году и оставила сто писем, большая часть которых подробно описывает те крымские места, в которых побывала шотландская путешественница. Именно она, опираясь тоже на Птолемея, высказала версию, что современный ей Карасубазар находится на месте античного населённого пункта Партакра. Но при этом она упоминает некоего византийского автора Маврона Кастрона! Тут уж совсем запутаться можно.

Направляюсь в Белогорский районный историко-краеведческий музей. Директор Марклена Келямова показывает археологические находки, датированные античностью: осколки керамики, хозяйственные вещи. Но найдены ли они непосредственно в городе — неизвестно. Увы, находок самых точных «часов» археологии — античных монет — в белогорском музее пока не было. Верится с трудом.

Чтобы всё-таки докопаться до истины, удалось разговорить одного «чёрного» археолога, отлично знающего этот район. Он показывает мне две боспорские монеты. «Да, найдены они в пределах города, хотя вообще греческой античности в виде благородного металла здесь мало, зато много вещей кочевников — скифов, сарматов», — откровенничает загоревший до черноты мужик. И рекомендует присмотреться к раскопкам официальным — на окраине села Вишенного.

Несколько раз мы уже бывали там, знакомили и читателей с этой точкой на крымской карте. Тогда же я общался по поводу раскопок с их ведущим археологом — Юрием Павловичем Зайцевым. Ещё несколько лет назад археологи открыли, что весь северный отрог скалы-останца занимает древняя крепость площадью десять гектаров, стены которой высотой два и толщиной пять метров сохранились необычайно хорошо. По мнению учёного, она была построена в конце IV — начале III века до нашей эры. Разведочные раскопки вывели археологов на очень интересный античный слой: были открыты стены, башни, помещения, святилища, слои пожаров. А сравнения планов раскопок с аэрофотосъёмкой и съёмкой из космоса показали, что найден большой город с крепостью, который существовал на два столетия раньше, чем Неаполь Скифский.

Учёным помогла... греческая керамика, в большом количестве обнаруживаемая в жилых кварталах. На свои гончарные изделия древние мастера ставили именные клейма, по которым можно определить период изготовления этих амфор и кувшинов. В данном случае — это середина III века до н. э. «Всего было найдено более полутора сотен таких клейм, — рассказывает Зайцев. — Много и другой керамики нашли, что позволяет довольно точно датировать памятник. А вот монет, главных ориентиров в хронологии, обнаружили только одну». Уж не выгребли ли их те же «чёрные» археологи?

Ещё тогда возник вопрос о названии города, возможно, первой скифской столицы. А не мог ли он называться как раз Партакра или Маврон-Кастрон, то есть «чёрная крепость»? Крепость там определённо была, хотя стены её сложены из местного белого известняка. Тут такая красивая картина представляется: чёрная крепость у белой скалы! Но многое пока непонятно. И остаются спорной проблемой почти двухтысячелетие Белогорска, а загадкой — Маврон-Кастрон.

Сергей Ткаченко, «Крымская Правда»

Ссылки по теме: