28 августа 2010 г.

Орджоникидзе, похожий на Зурбаган

Черноморские бухты с лазоревой водой, глинистые холмы вокруг, «хрущёвки» уступом по их склонам, частные домики и дачи возле пятиэтажек, приветливые люди во дворах и огородиках — вот что такое посёлок Орджоникидзе, или по-местному — Орджо.

Поселок Орджоникидзе в Крыму

Добираться из Феодосии в это селение, лежащее за хребтом Тепе-Оба и Двуякорной бухтой, мне пришлось на «грибной» маршрутке. Феодосийцев с лукошками и вёдрами набилось в неё плотно. «Остановите там, где грибов побольше», — повторили водителю просьбу человек пять. Отшучиваясь, парень с весёлыми глазами остановил маршрутку Феодосия — Орджоникидзе на самом таком месте, близ сосновых лесов на склонах Тепе-Обы. В салоне остались считанные пассажиры, едущие дальше — в Орджо.

Посёлок в советское время был «закрытым», на его окраине пыхтел военный завод по производству торпед. Сейчас он закрыт, о грозном оружии флота напоминают лишь торпедные контейнеры, служащие ёмкостями для воды на дачных участках. Въезд в посёлок открыт всем, и в последние годы он интенсивно развивается как курорт.

Курортная целина тут действительно почти нетронутая. Даже как-то непривычно, не по-крымски. Далеко в море неким динозавром вытянулся мыс Киик-Атлама, а по обоим берегам его — чистые бухты: слева Двуякорная, справа — Провато. Так, по-итальянски «испытанный, проверенный», назывался порт, бывший тут в средневековье, когда соперничали торговые республики — Венеция и Генуя.
В конце XІ века на месте современного посёлка находился армянский монастырь и крепость под названием Кайгадор.
Каменистые и галечные пляжи этих бухт очень любят ныряльщики — нет мути от песка, глубины разные, животный мир богаче, чем в бухтах Судака или Нового Света. Бухту Провато облюбовали яхтсмены, у них тут целый яхт-клуб. А стоит подняться по крутой тропке на вершину любого из поселковых холмов — от восторга захватит дух. Море, огромное и поглощающее небо на горизонте... А берега! Только здесь поймёшь, почему Кара-Даг называют Чёрной горой, а мыс Хамелеон именно так: игра света бесподобна.

Орджоникидзе

Мысы ближе к Орджо тоже так и просятся на холст или на фото. А с другой стороны, на восток от посёлка, лежит огромная Двуякорная бухта, чётко очерченная феодосийскими горами и мысом Ильи. Название её связывают с ветрами, мол, в бухте надо два якоря ставить: такие ветры, что уносит!

Двуякорная бухта в Орджоникидзе

Сейчас склоны бедлендов вокруг посёлка засажены соснами, которые делают климат Орджоникидзе своеобразным и неповторимым. Морской йодистый бриз и запах хвои ... Вот и едут сюда на отдых и феодосийцы, и гости Крыма.

Как отметили жители посёлка, встреченные мной, «сезон в этом году был хорошим, даже неожиданно хорошим». Согласны с их мнением и в поссовете. Нынче Совет сделал неординарный шаг в укреплении имиджа родного Орджо.

Весной сельский голова Маргарита Шпитальная вынесла на обсуждение идею переименования посёлка, поскольку Серго Орджоникидзе никакого отношения к причерноморскому посёлку, известному со средневековья, не имел. Не был, не посещал, даже и не знал о его существовании. Назывался этот населённый пункт за свою многовековую историю по-всякому: Провато, Бубновка, Двуякорный. Но поселковые власти пошли ещё дальше, предложив назвать его Зурбаганом. Город и порт из гриновских произведений, очень поэтично и точно. Александр Грин бывал в этих местах неоднократно. В начале прошлого века очень небольшое селение рыбаков уже пережило свою прошлую историю генуэзского порта. Но в фантазии великого романтика здесь «город был и порт», куда из всех частей света приходили корабли. Зурбаган...

Инициатива местного поссовета нашла широкий отклик среди жителей посёлка. Они предлагали и другие, исторические, названия своего населённого пункта. Но официально никакого референдума ещё не было и в ближайшее время не планируется. Как рассказала Маргарита Шпитальная: «Надо сначала нам порядок в посёлке навести, сделать его привлекательным в бытовом плане, а после и о переименовании подумаем».

Уверен, что переименование необходимо и в целях той же рекламы молодого курорта. Что же до бытовых проблем. Я несколько раз бывал в Орджо, ездил на фотосессии и весной, и летом, и осенью — красиво здесь. И всегда видел порядок. Весной этого года даже попал на субботник: местные жители от мала до велика убирали улицы и дворы, школьную и приморскую территории. Причём официально вроде бы никто их и не собирал. В образцовом порядке содержатся памятник воинам-десантникам и религиозные памятки. Почему? Я вижу причину в людях, в уровне их культуры. Как оказалось, в Орджоникидзе проживает много пенсионеров с высшим образованием, причём престижных советских вузов. Маленький соцопрос первых встречных: Михаил Иванович окончил МГТУ имени Баумана, Сергей Фёдорович — московский физтех, а дядя Петя — военно-морскую академию в Ленинграде. Все они работали или на заводе, или были связаны с созданием военно-морского щита Советского Союза. Сейчас пенсионеры сидят на набережной и обсуждают политические события нашего времени. Домой идти не хочется, хотя там тепло, а тут с моря тянет прохладой. «Здесь же давние друзья».
В 1941 г. посёлок оккупировали немецкие войска. Завод был эвакуирован в г. Каспийск. Фашистами бухта использовалась как перевалочная база. В 1944 г. посёлок был освобождён.

В посёлок провели газ, включили котельную — и в домах зимой тепло. А лет десять назад в Орджоникидзе были холодные дома и безрадостные лица. Завод закрыли, работы нет.

Сейчас всё изменилось, и это хорошо. Пусть будет летом солнце жарить холмы и курортников на пляжах. Зимой выть ветер в Двуякорной, нагоняя туман с моря. Пускай осенью прохаживаются по набережной пенсионеры и новобрачные, а весной школьники убирают свой посёлок — Орджо или Зурбаган. Мне нравится больше его гриновское название.

Сергей Ткаченко, «Крымская Правда»