7 августа 2013 г.

Воронцовский парк — райский сад на пустом месте

Привозная земля, природные хаосы, «мавзолей» графской собаки и другие уникальные особенности Воронцовского парка.

Воронцовский парк

Почва со всего мира


Зеленое ожерелье вокруг дворца графа Михаила Воронцова — это яркий пример английского пейзажного парка — он, в отличие от французского, подражает естественной природе. Извилистые аллеи и дорожки, неправильные формы прудов и лужаек, непредсказуемая смена видов — все создает иллюзию нетронутого человеком пейзажа. Но, чтобы создать в Алупке это «лоно природы», немецкий садовод Карл Кебах (а затем его сын) и 12 помощников трудились около 40 лет.

Денег на парк не жалели. Чтобы чужеземные сорта деревьев прижились, вместе с ними на кораблях в Крым везли контейнеры с «родной» почвой. С бесплодного склона, покрытого обломками диабазовых скал, убрали тысячи тонн камней, создали террасы. В будущие цветочные клумбы насыпали чернозем, привезенный из других регионов Украины. На поляны в мешках и корзинах носили плодородную землю с Ай-Петринской яйлы.

Хаосы из диабаза


Хаосы из диабаза

Достопримечательностью верхнего ландшафтного парка являются большой и малый алупкинские хаосы — нагромождения громадных блоков диабаза. Ландшафтные дизайнеры времен создания Воронцовского парка нередко использовали искусственные нагромождения камней, но алупкинские хаосы — природные.

Около 150 миллионов лет назад излившаяся в наружные слои земной коры магма застыла, а потом в результате землетрясений и оползней превратилась в обломки. Так и образовался на месте будущего парка хаос. К дворцу примыкает так называемый малый хаос, вписанный в планировку парка: через него проложен десяток тропинок, вдоль которых установлены скамейки и устроены видовые площадки.

Собачья гробница — напоминание о смерти


Могила сеттера хозяина дворца Михаила Воронцова по кличке Чемлек, прожившего всего не более двух лет, занимает довольно крупный грот в парке. По словам старшего экскурсовода Алупкинского дворцово-паркового заповедника Нины Ивановой, такой выбор места для могилы собачки «не был сентиментальным сюсюканьем богатого человека».

— В парках было модно устраивать мемориалы, — рассказывает Нина Ивановна. — К примеру, в парке усадьбы Шато д’Эрменонвиль был похоронен Жан-Жак Руссо — не подумайте только, что я ставлю мыслителя на один уровень с сеттером. Люди гуляли по парку, радовались жизни, подходили к подобному мемориалу, и для них наступал момент «мементо мори» («помни о смерти»), когда они вспоминали о быстротечности жизни и конечности земного пути.

Водопады «Вольного стрелка»


В архитектуру парка умело вписан сюжет известной в 1820-х годах оперы Карла Вебера «Вольный стрелок». По мнению искусствоведов, два водопада с не­обычными названиями «Мужские слезы» и «Женские слезы» олицетворяют двух главных героев оперы — Макса и Агату, которые, несмотря на жизненные перипетии, в итоге соединяются: ближе к морю оба водопада сливаются в единый поток.

Чай в Платоновской Элладе


Чайный домик в Воронцовском парке

У самого берега моря стоит так называемый «Чайный домик», или Пропилеи, — изящный павильон в классическом стиле, построенный в 1829 году. По мнению искусствоведов, он появился в парке из-за того, что граф Михаил Воронцов увлекался древними классиками.

— Домик окружали олеандры, кипарисы, маслиновые рощи — создавалось впечатление Греции, — рассказывает экскурсовод Нина Иванова. — Люди эпохи Воронцова чувствовали себя на открытом месте неуютно, им нужны были границы. И поэтому они пили чай под крышей такого вот «домика». Неподалеку от Пропилей раньше стоял античный саркофаг, куда стекала вода из пристенного фонтана. Сегодня древняя находка для сохранности перенесена в один из выставочных залов Хозяйственного комплекса дворца.

Много сделали для создания парка ученые Никитского ботанического сада и его второй директор Николай Гартвис. При участии ботаника Алупка была вовлечена в международный обмен растениями: посадочный материал получали из английского садоводства Лоддиджа, Америки, Италии, Китая и Японии. Специально для Алупки Гартвис вывел несколько новых сортов роз. Два из них — «Алупка» и «Графиня Елизавета Воронцова» — вошли в мировой каталог.

Старый парк на новый лад


Карта-схема Воронцовского дворца

Сотрудники Воронцовского дворцово-паркового заповедника в этом году подготовили для туристов семь новшеств, благодаря которым прогулка по парку становится незабываемым удовольствием.
  1. Новая система водоотведения. Было сделано так, чтобы вода из трех небольших водопадов не попадала под каменный хаос и здание дворцовой библиотеки. Траншеи проложили на глубине более 2,5 метров.
  2. Дорожки. К этому лету в парке вымостили дорожки. Теперь туристам не придется месить пыль.
  3. Установили новые скамейки.
  4. Новые таблички и пять карт-схем — на каждой указано, в каком именно месте парка вы находитесь.
  5. Домик и мостик для лебедей. У хозяев Лебединого озера появилась новая квартира и соседи — в водоем запустили рыбу. Возле озера поставили фонари, вымостили приозерные дорожки.
  6. С этого лета для посетителей стала доступной новая услуга: автомобильная поездка по парку на электромобиле.
  7. Новые деревья. «Значительный урон парку наносят ураганы, — рассказывает сотрудник паркового отдела Алупкинского дворцово-паркового музея-заповедника Светлана Здаровцова. — Поэтому каждый год мы высаживаем новые деревья. В этом году сажали акацию, сосны, земляничники».
Экскурсия на электромобиле

Парк в цифрах

  • Площадь — около 40 гектаров;
  • Коллекция — более тысячи видов растений, в том числе более 200 видов экзотических кустарников и деревьев;
  • Гордость парка — редкие по красоте экземпляры платана, пробкового дуба, сладкого съедобного каштана, а также секвойи, кораллового дерева, американского болотного кипариса.

Экскурсовод на ладони


Посетители Воронцовского дворца теперь могут воспользоваться новой услугой — аудио­гидом. Это электронное устройство, на которое записана экскурсия по дворцу. Новшество будет особенно полезно иностранцам, ведь рассказ о парадных залах дворца записан на шес­ти языках: кроме русского и украинского можно выбрать немецкий, английский, французский и китайский.

Василий Акулов, «Республика»

Читайте также: