20 октября 2012 г.

Геолог Владимир Обручев допускал возможность провала Крыма

Владимир ОбручевЗамечательный геолог и географ Владимир Афанасьевич Обручев сейчас известен главным образом как автор научно-фантастических романов «Плутония» и «Земля Санникова». Менее известно, что с его именем связано выдающееся научное открытие, имеющее самое непосредственное отношение к Крыму.

После сильнейшего землетрясения, которое произошло в Крыму в ночь с 11 на 12 сентября 1927 года, полуостров в считанные дни опустел. Его покинули не только все курортники, но и многие местные жители. Оставшиеся готовились к концу света — ходили упорные слухи о том, что Перекопский перешеек от постоянных толчков вот-вот обвалится и Крым, как древняя Атлантида, исчезнет в пучине морской.

Чтобы успокоить жителей, в Симферополе вскоре был издан сборник научных статей под названием «Черноморские землетрясения 1927 года и судьбы Крыма». Этот сборник предваряла статья профессора В. Обручева, одно название которой повергало в оторопь: «Возможен ли провал Крыма?», причем ученый, вопреки господствовавшим в то время научным теориям, ответил на этот вопрос утвердительно.

(Читайте также: Всё про землетрясения в Крыму)

Владимир Обручев родился 10 октября 1863 года в семье отставного полковника Афанасия Александровича Обручева и Полины Карловны Гертнер, дочери лютеранского пастора. Оттого, должно быть, мальчик с детства демонстрировал такие противоречивые черты характера, как сильная воля, доброта и трудолюбие. В Вильно, где прошла юность Владимира, он наотрез отказался учиться в гимназии, изучая мертвые языки — латынь и древнегреческий, зато с блеском окончил реальное училище. В 1881 году, пылая страстью к путешествиям, привитой книгами Жюля Верна и Фенимора Купера, он поступил в Петербургский горный институт. В студенческие годы Владимир Обручев начал писать стихи, многие из которых посвящались любимой девушке Лизе. Редактор солидного журнала «Вестник Европы», взяв стихи для публикации, настоятельно рекомендовал юноше посвятить себя литературе, однако Владимир не последовал совету.

В ту пору горный институт выпускал специалистов по двум специальностям: горняки и заводчики. Первые направлялись на работы в копи и рудники, вторые — инженерами на горные заводы. И те и другие получали приличное жалованье и вели размеренный образ жизни. Обручева это не устраивало, он мечтал о геологических экспедициях в неизведанные районы Центральной Азии. Ректор института был весьма удивлен, узнав о планах студента променять тишь заводской конторы на пыльную одежду, грязь и бездорожье, но, так как Владимир Обручев демонстрировал незаурядные способности, пошел ему навстречу. В 1886 году Обручев окончил Петербургский горный институт и отправился в научную экспедицию в Каракумы. По возвращении он женился на той самой девочке Лизе (Елизавета Лурье), которой посвящал стихи, и был назначен на должность геолога при Горном управлении в Иркутске. После опубликования серии статей о геологических исследованиях Закаспийской области Обручев был избран действительным членом Русского географического общества.

(Читайте также: Александр Ферсман — «поэт камня»)

Проводя геологическую разведку по предполагаемому маршруту Транссибирской магистрали, Обручев обратил внимание на странные нарушения земной коры, которые по всем признакам произошли сравнительно недавно. Особенно его заинтересовали причины катастрофы, произошедшей в январе 1862 года в дельте реки Селенга, на берегу Байкала, когда под воду ушел участок площадью 260 кв. км, на котором располагались пять бурятских улусов. Принято было считать, что катастрофа случилась в результате оползня, однако Обручев установил, что она имела тектонический характер. Это совершенно противоречило тогдашним научным представлениям о земной коре.

Геологи всего мира считали, что после сильнейших горообразовательных движений, создавших Альпы, Кавказ, Гималаи, Анды, Кордильеры, во второй половине третичного периода, то есть примерно 25 миллионов лет назад, наступило затишье. Некоторые энтузиасты, правда, высказывали по этому поводу сомнения. Например, в XVII веке финский епископ Эрик Соролайнен в течение нескольких лет замерял на береговых скалах уровень моря и сделал вывод, что земля под нашими ногами продолжает двигаться. В ответ на это знаменитый шведский исследователь Магнус Цельсий заявил об усыхании океана, на что Михаил Ломоносов возразил:

Произошел вопрос от некоторых ученых, куда вода морская теряется? Однако напрасно: ибо в других местах, напротив, берега со временем уходят под воду.
Медленные изменения лика Земли Ломоносов метко назвал «нечувствительными землетрясениями».

Однако даже в начале XX века геологи придерживались мнения, что земная твердь находится в состоянии покоя, а если и происходят какие-то подвижки, то лишь в результате сильных землетрясений. В ходе многочисленных экспедиций по Центральной Азии Владимир Обручев пришел к выводу, что эта теория неверна. В 1914 году он совершил экспедицию на Алтай и убедился, что земная кора продолжает жить интенсивной геологической жизнью — она кололась на огромные блоки, которые поднимались и опускались с разной скоростью. Поверхность Земли казалась великому геологу не застывшим и окаменевшим куполом, а живым организмом, внутри которого происходят сложные процессы. Пытаясь сломать существующие представления о земле как безжизненной тверди, Обручев в 1915 году написал научно-фантастический роман «Плутония», герои которого обнаруживают, что Земля полая, причем внутри ее живут люди, есть флора, фауна и даже свое светило, расположенное в самом центре планеты. К сожалению, роман был опубликован лишь после революции.

В 1916 году Владимир Обручев продолжил свои изыскания в Крыму. Он даже подумывал о том, чтобы поселиться на полуострове, «выбрав уголок потише, поскромнее, где нет курортников», но этой мечте не суждено было сбыться. Впрочем, в 1918 году Обручев вновь приехал в Крым, работал профессором, заведующим кафедрой геологии Таврического университета. В одном из писем близким он писал:

Кроме университета, я занят еще в комиссии производительных сил Крыма, также занимаюсь тектоникой и стратиграфией полуострова.
В 1922 году он вернулся в Москву и опубликовал статью «Юные движения на древнем темени Азии», в которой впервые заявил о динамике земной коры. При этом Обручев признался, что его взгляды «настолько противоречат установившимся с давних пор воззрениям на Канадский, Балтийский и Байкальский „щиты“, или „макушки“, северного полушария, что хочется отвергнуть их как еретические».

Их и отвергли, причем советские геологи восприняли статью как фантазии престарелого писателя. Но отмахнуться от теории не получилось. После землетрясения в Крыму советское правительство обратилось к геологам и сейсмологам с вопросом, что ожидает Крым в ближайшем будущем и можно ли, если случится катастрофа, избежать человеческих жертв. Тут и выяснилось, что Обручев — единственный ученый, кто может вразумительно ответить на эти вопросы.

В своей статье «Возможен ли провал Крыма?» он совершил небольшой экскурс в историю, заметив, что смещения почвы, которые можно называть провалами, — обычное явление природы. «Вспомним, — писал Обручев, — о загадочной Атлантиде, богатой и могущественной стране, большом острове атлантов, о котором так определенно повествует историк Платон со слов египетских жрецов, сообщая также подробности, которые выдумать нельзя. Можно спорить о том, где в точности находилась Атлантида, кто ее населял, какова была ее величина и т. д. Но что она существовала, была населена людьми и погибла, погрузилась в море после сильных землетрясений, в этом трудно сомневаться». Ученый также привел множество примеров того, как уже в новейшее время исчезли с лица земли обширные участки местности и целые города. Самая страшная трагедия произошла в 1755 году, когда в Лиссабоне в ходе землетрясения внезапно опустилась на 200 м и была поглощена океаном обширная набережная с множеством людей, искавших на ней спасение от рушившихся зданий.

(Читайте также: Затонувшая Атлантида находится у берегов Крыма?)

В завершение статьи Обручев сообщил, что Южный берег Крыма оборван большой линией разлома и значительная часть прежних крымских гор некогда погрузилась на дно Черного моря. Отвечая на вопрос, не отправится ли полуостров вслед за когда-то опустившейся в море частью крымских гор, Обручев заключил:

Поручиться, что более или менее крупная катастрофа в Крыму не произойдет, никогда и никто не сможет.
Но эту катастрофу, по мнению Обручева, вполне можно упредить, если внимательно следить за движениями земной коры, которые происходят настолько медленно и постепенно, что мы их не замечаем. Между тем в древности люди были куда более осмотрительными. Так, средневековый арабский путешественник и географ Аль Бируни в книге «Индия» писал, что жители острова Ад-Дабаджат «покидают этот остров, который дряхлеет и начинает погибать, и переселяются на молодой и свежий, час поднятия которого над океаном приблизился».

Но и этот наглядный урок не убедил геологов в верности теории Обручева. Он, надо сказать, на этом особо и не настаивал, так как занимался решением других проблем. В годы войны Обручев был направлен в Свердловск, где руководил поисками месторождений полезных ископаемых, за что получил звание Героя Социалистического Труда. Пожалуй, Обручев был единственным кавалером царского ордена Св. Владимира, получивший золотую звезду Героя. Лишь в 1948 году на заседании географической секции Московского общества испытателей природы Владимир Афанасьевич предложил ввести новую отрасль геологии под названием «неотектоника». Коллеги восприняли его предложение скептически, однако природа вновь подтвердила правоту великого ученого — в июле 1949 года в ходе землетрясения в Таджикистане провалился под землю вместе со всеми жителями город Хаит.

Это заставило геологов всего мира проверить выводы Обручева. Результаты были обескураживающими. Образцом дряхлой и разрушающейся горной системы всегда считался Урал. Но исследования показали, что он поднимается со средней скоростью два миллиметра в столетие, что в геологических масштабах немало, а в некоторых местах Урал растет на четыре-пять миллиметров в год. Вернее, даже не растет, а двигается. Долгое время считалось, что горы на Земле если и растут, то только вверх. Неожиданно выяснилось, что напряжения — предвестники землетрясений — возникают в горных породах от воздействия не вертикальных, а горизонтальных сил. Получается, горные системы ползут в небо, словно взбираясь по крутому склону.

Еще более впечатляющими оказались результаты исследования Памира. В районе долины реки Маркансу, на высоте 4200 м, ученые открыли следы поселений людей каменного века. Там, где сейчас скалы и снег, когда-то росли деревья и зеленели травы, водились медведи, кабаны и рыси. Исследования вскрыли причину: всего десять тысяч лет назад долина реки Маркансу находилась на высоте трех тысяч метров, иными словами, за это время горы подросли более чем на километр. Сенсационные результаты были получены по всему миру. Например, сотни лет главной бедой Венеции считалась разрушительная сила приливов Адриатического моря, но выяснилось, что причина подтоплений заключается в другом — по отношению к уровню моря город равномерно опускается со скоростью три сантиметра в десятилетие.

Как только теория Обручева стала общепризнанной, на ее авторство начали претендовать многие ученые, но Владимира Афанасьевича это ничуть не заботило. Он до последних дней жизни продолжал много работать, не теряя присутствия духа. Геолог Павловский вспоминал, как ездил с Обручевым в наркомат нефтяной промышленности:

Жена, отправляя Владимира Афанасьевича на заседание, заботливо одевает его в теплое пальто, закутывает шею вязаным шарфом и строго наставляет меня не разговаривать в машине, чтобы не простудить Владимира Афанасьевича. Под влиянием этих напутствий мы молча спускаемся по лестнице, садимся в его персональный автомобиль. Не успеваем отъехать, как Владимир Афанасьевич, сурово посмотрев по сторонам, неожиданно подмигнул, расстегнул пальто и, вытащив откуда-то пачку хороших папирос, уверенным жестом вскрыл ее и предложил закурить. Дымя папиросами, мы стали обсуждать проблему байкальской нефти.

Пожалуй, единственное, что расстраивало Обручева, так это тысячи писем от подростков с просьбой взять их с собой в экспедицию внутрь Земли. Несмотря на то, что в предисловиях к научно-фантастическим романам Обручев специально оговаривал, что они вымышленные, письма продолжали идти нескончаемым потоком. «Экие невнимательные, — сокрушался Обручев. — Ведь, кажется, ясно написал. Нет, мы в их возрасте были серьезнее. Никому в голову бы не пришло писать Жюлю Верну, чтобы он взял нас на «Наутилус».

Скончался Владимир Афанасьевич Обручев в 1956 году. Как посчитал его сын, за всю долгую жизнь великий геолог написал в общей сложности более 70 томов по 550 страниц каждый, причем его книги до сих пор не устарели.


Евгений Княгинин, «Первая крымская»

В поисках земли Санникова

Ссылки по теме: