14 июня 2011 г.

Гора Медведь в поселке Белое

Спроси у любого крымчанина, где находится гора Медведь, и он укажет в сторону Гурзуфа. Те, кто отдыхал в «Артеке», даже вспомнят пару песен об Аю-Даге и знаменитую легенду, как гигантский медведь пытался выпить море, и боги превратили его в каменную гору. Впрочем, и сами жители поселка Белое, что на Феодосийском шоссе, в котором находится симферопольский тезка Аю-Дага, не знают, что на всех топографических картах их гора именуется Медведем. Но и это не самое главное. Ведь историй, сюжеты которых разворачиваются у ее подножия, хватило бы на сценарий многосерийного фильма...

Поселок Белое в Крыму

Интересно то, что официально легендарная гурзуфская Медведь-гора называется Аю-Дагом, и только под Симферополем есть настоящая гора Медведь. Именно такое название нанесено на возвышенность высотой 321 метр на все топографические карты (высота Аю-Дага — 577 метров). Следуя ориентирам, мы долго искали загадочную гору в Симферополе. Ведь никто из жителей поселка Белое не знал, что у них под носом «живет» настоящий Медведь. Оказалось, что гора, если смотреть сверху, «венчает» поселок, в нее упирается северо-восточный край жилого массива.

Если верить местным жителям, изначально Медведь был лысым, и только в 80-х годах на нем посадили хвойные деревья. Сейчас здесь настоящий рай для любителей свежего воздуха и приверженцев натурального хозяйства. Например, местная жительница Наталья, 27 лет проработавшая водителем троллейбуса, теперь пасет коров и пьет настоящее молоко.

Поселок Белое в Крыму. Наталья со своей коровой
Что мне та пенсия — 1 250 гривен, когда у меня четверо внуков, а дети без работы сидят? В селе осталось всего 11 коров. Ведь содержать их накладно, корма очень дорогие. Хотя молока, которое они дают, хватает с лихвой, даже продаем. У нас свои клиенты, приезжают на джипах и покупают свежее молочко вместо этого порошка магазинного. Зачем мне все эти пищевые добавки? Я вот подруге своей говорю: оставь ты свою квартиру в загазованном городе и переезжай ко мне на свежий воздух!
Наталья, житель поселка Белое

Одна корова в день дает 10-11 литров. А литр молока сейчас стоит минимум семь гривен. Так что владелец даже одной телочки вполне может прокормить небольшую семью. А ведь у местных жителей, как правило, есть еще и куры, утки, кролики, свиньи. У жителя поселка Леонида — свое мясо, молоко и даже свой хлеб.
Купил мини-пекарню, и теперь хлеб печем дома. В хозяйстве — свиньи, куры, утки, коровы, занимаюсь хозяйством.
Леонид, местный житель

Казалось бы, в наш индустриальный век нет человека, который бы обходился без работы или хотя бы без социальной помощи. Но в Белом таких немало. Они доказали, что вовсе не обязательно зависеть от государства.

Без проблем, конечно, в поселке не обходятся. Оказалось, что обгоревшие кроны сосен на склонах горы — дело рук местного депутата.
Нам приходится охранять деревья от приезжих, которые срубают их под Новый год. Мало того, что их воруют и власти ничего с этим не делают, местный депутат Эльдар, когда сжигал мусор, спалил несколько сосен. Мы вызвали „пожарку“, заявили в милицию, но стражи порядка на наше обращение не отреагировали. Долго я ругалась с этим депутатом, но все без толку. Власти вообще ничего не делают в последнее время, даже мост через реку не могут отремонтировать, который скоро просто завалится. А ведь через него должны были пустить маршрутку.
Вера, жительница Белого

Оказалось, раньше поселок был на балансе Трудовского сельского совета, а с тех пор, как он вошел в черту города, за все, что происходит в поселке, в ответе городские власти. Но, похоже, руки работников мэрии пока не дотягиваются до местных проблем.

А ведь место здесь поистине уникальное. С вершины Медведя видны как на ладони не только весь Симферополь, но и гряда южнобережных гор, в том числе и тезка — Аю-Даг!

Знакомясь с местными жителями и расспрашивая их о том, откуда произошло название их горы, мы встретились с пожилой женщиной, которая была свидетелем жутких событий, происходивших здесь во время Великой Отечественной войны.

Мария Артемьева - жительница поселка Белое, Крым

На глазах Марии Дмитриевны Артемьевой полицаи увели на расстрел ее беременную мать, а отца чуть не расстреляли наши при освобождении Симферополя от немецко-фашистских захватчиков. Ее отец работал на пороховом складе. Когда наши отступали, он с товарищами заминировал склад, а затем побежал домой и сказал, что надо, мол, срочно спрятаться. Мария Артемьева вспомнила, как они всей семьей ужинали и вдруг закачалась керосинка. Когда рванул пороховой склад, земля задрожала, а через полчаса с неба посыпался пепел.
А 6 апреля 1944 года в село пришли татары-полицаи и забрали мою мать. Мне тогда было девять лет, моим братьям — семь и пять. Несмотря на то, что она была беременная, ее избили и увезли на расстрел. Вечером вернулся отец — он по приказу немцев, как и многие жители села, рыл окопы. Мы рассказали ему, что маму забрали полицаи. Утром 7 апреля он пошел в полицейскую управу, чтобы передать жене хлеба, но его к ней не пустили. Татары сказали, что если она ни в чем не виновата, то вечером вернется домой. Но супруга не пришла ни 7-го, ни 8-го, ни 9-го. А 11 апреля, за два дня до освобождения нашими Симферополя, полицаи устроили массовый расстрел. Когда отец рассказал немцам о том, что его беременную жену расстреляли полицаи, они даже посочувствовали и сказали, что если бы он сразу сказал им об этом, они бы вмешались и спасли ее.
Мария Артемьева, жительница Белого

Естественно, за помощь немцам отца едва не расстреляли. Наши, освободив город, обвинили Дмитрия Артемьева в том, что он вместо того, чтобы воевать, помогал немцам. Мужчина оказался гордым и не сказал, что на фронт его не взяли из-за «белого билета» — по состоянию здоровья. От расстрела спас его величество случай: когда «предателя» и «врага народа» уже приставили к стенке у ворот собственного дома на глазах детей, недавно потерявших мать, в последний момент советский офицер оттолкнул солдата, нацелившего винтовку на их отца. Сказал, что бойцов и так не хватает, а война еще не закончилась.
Так отец Марии Дмитриевны пошел освобождать Европу от власти третьего рейха. Он вернулся домой после войны и прожил вместе с тремя детьми до 1981 года. Тогда село Верхний Абдал уже переименовали в Белое, а возвышающуюся здесь гору назвали Медведь. Правда, почему именно так, непонятно. Впрочем, как и в случае с большинством современных названий...

Денис Симоненко, «Крымский ТелеграфЪ»
Фото — К. Михальчевский

Ссылки по теме: