25 ноября 2010 г.

«Командую флотом. Шмидт»

Петр Шмидт
Этот сигнал вместе с красным флагом поднял на восставшем крейсере «Очаков» капитан второго ранга в отставке Пётр Шмидт. В эти дни, 24–29 ноября по новому стилю, исполняется сто пять лет Севастопольскому вооружённому восстанию.

Родился Пётр Шмидт-3 (так записано в метрической книге) в Одессе в 1867 году, но и Севастополь ему не был чужим. Мальчику о городе рассказывали родители Пётр Петрович и Екатерина Яковлевна, дядя Владимир Петрович — герои первой обороны. Отец командовал батареей на Малаховом кургане, был дважды ранен, награждён орденами Святой Анны и Святого Владимира. В Севастополе Шмидт-старший встретил отважную сестру милосердия Екатерину Вагнер. После войны у них родились пять дочерей (трое умерли маленькими) и сын Пётр. Дядя мальчика за участие в обороне Севастополя награждён золотым палашом «За храбрость», дослужившись до полного адмирала. Он постоянно опекал племянника. Кстати, похоронен Владимир Шмидт во Владимирском соборе города-героя. Мама Петра умерла, когда ему исполнилось десять, отец женился вновь. Два рождённых в этом браке сына, Владимир и Лев, в 1904 году подорвутся на броненосце «Петропавловск» у Порт-Артура: младший, двадцатилетний Лев, погибнет, старший попадёт в японский плен.

Крейсер Очаков

Очевидно, новый брак отца сказался на здоровье будущего «очаковца» — всю жизнь он страдал от приступов неврастении.

В тринадцать лет поступил в Петербургский морской корпус, где получил прозвище Магистр за знание истории, математики, игру на скрипке, рояле, виолончели.

В 21 год мичман Шмидт шокировал всех, женившись на проститутке Доминикии Павловой, чтобы «спасти заблудшую душу». Он служит на Балтике, Черноморском флоте и в Сибирской военной флотилии (нынешний Тихоокеанский флот). По состоянию здоровья несколько раз выходит в отставку и вновь восстанавливается благодаря помощи дяди. Одно время служит в Русском обществе пароходства и торговли капитаном грузопассажирских пароходов. Матросы называли Шмидта, занимающегося их образованием, «учитель Петро».

В 1904 году с началом Русско-японской войны Пётр Петрович становится старшим офицером транспорта «Иртыш», сопровождавшего эскадру на Дальний Восток. Но до места не доходит — обостряется болезнь. Она по сути спасла лейтенанта: в Цусимском сражении «Иртыш» погиб. Шмидт возвращается на Черноморский флот и участвует в революционном движении: создаёт в Севастополе «Союз офицеров — друзей народа».

После появления царского манифеста от 17 (30 по новому стилю) октября 1905 года десятки севастопольцев отправились к тюрьме требовать освобождения политзаключённых. Переговоры вёл Пётр Шмидт. Но вместо обещанного ему выхода освобождённых из ворот тюрьмы раздались ружейные залпы.

С полсотни митингующих были ранены, восемь убиты. На их похоронах офицер поклянётся: «Никогда не уступим никому ни единой пяди человеческих прав». Вечером его арестуют, но вскоре отпустят: то ли под нажимом рабочих, избравших его своим «пожизненным депутатом», то ли благодаря вмешательству дяди. Так как незадолго до этого лейтенант Шмидт подал прошение об отставке, его сразу удовлетворили. По тогдашним правилам, при увольнении офицеру присваивался следующий чин, в данном случае — капитана второго ранга. Однако император приказал именовать Петра Петровича «лейтенантом, выгнанным с флота». Впрочем, это не помешало офицеру прикрепить себе на мундир новые погоны.

24 ноября (по новому стилю) в Севастополе начался мятеж. Через два дня к восставшим присоединилась команда крейсера «Очаков». Совет матросских, солдатских и рабочих депутатов решил поднять восстание на всём флоте и просить стать командующим Петра Шмидта. 27 ноября капитан второго ранга поднялся на «Очаков». К мятежному крейсеру присоединились миноносец «Свирепый», броненосец «Пантелеймон» (бывший «Потёмкин»), минный заградитель «Буг» и иные корабли. Утром 28 ноября на пятнадцати судах были подняты красные флаги. Над мятежным крейсером вдобавок подняли сигнал: «Командую флотом. Шмидт». Самопровозглашённый комфлота на миноносце «Свирепый» обошёл эскадру, призывая примкнуть к восставшим. Примкнули не все: часть кораблей осталась под властью императорского комфлота Григория Чухнина.

В 14 часов 15 минут восставшим предъявлен ультиматум о сдаче в течение часа. Через пятьдесят минут стрелять по выходившему из бухты мятежному заградителю «Буг» и катеру, посланному за деталями для орудий «Пантелеймона», начала канонерская лодка «Терец». На «Очакове» едва успели поднять сигнал «Возмущён действиями эскадры», как новый шквал огня обрушился уже на все восставшие корабли. В главный крейсер мятежников попало более полусотни снарядов, начался пожар. Единицам, в том числе и Шмидту, удалось вплавь добраться до одного из миноносцев, многих моряков расстреливали в воде. Точное количество погибших неизвестно до сих пор. «Очаков» горел двое суток. К вечеру 29 ноября восстание в городе было полностью подавлено.

Большинство мятежников приговорили к каторжным работам, Петра Шмидта и ещё троих «очаковцев» — Александра Гладкова, Никиту Антоненко, Сергея Частника — к расстрелу 19 марта 1906 года на острове Березань.

В 1917 году останки перевезены в Покровский собор Севастополя, через шесть лет их перезахоронили на кладбище Коммунаров.

***

Крейсер «Очаков», построенный на верфи Севастополя, спущен на воду в октябре 1902 года. В дни восстания находился на рейде напротив Артиллерийской бухты, проходя после достройки приёмные испытания. После восстания отремонтирован, но в строй в марте 1907 года вступил уже под новым именем — «Кагул». Во время гражданской войны принадлежал белогвардейцам. В ноябре 1919 года получил имя «Генерал Корнилов» (в честь первого главнокомандующего Добровольческой армией Льва Корнилова). Стал одним из судов, увёзших из Крыма остатки Белой гвардии во главе с Петром Врангелем. В 1924 году в Бизерте (Тунис, колония Франции) на крейсере спущен Андреевский флаг. В 1933 году в Бресте (Франция) корабль разобран на металл.

Зато Андреевский флаг крейсера в Россию вернулся — шесть лет назад в Центральный военно-морской музей Санкт-Петербурга его передала из Греции семья умершего лейтенанта корабля Яна Нелавицкого.

Кстати


Петр Шмидт с сыном Евгением
После казни Петра Шмидта на митингах различных партий люди, представлявшиеся «сыновьями лейтенанта Шмидта», призывали бороться с режимом. Впрочем, чаще просили помочь, «кто сколько может». Вскоре понятие «дети лейтенанта Шмидта» стало именем нарицательным для мошенников. Помогли в этом и авторы «Золотого телёнка» Илья Ильф и Евгений Петров, создавшие «первенца» лейтенанта — Шуру Балаганова. «Сыну № 1», как помните, для заключения «конвенции» по разделу зон работы удалось собрать «тридцать сыновей в возрасте от восемнадцати до пятидесяти двух лет и четырёх дочек». В действительности сын был один — Евгений, рождённый в феврале 1889 года в браке Петра Петровича с Доминикией Павловой.

Шестнадцатилетний Евгений Шмидт, ученик Константиновского реального училища, во время восстания был с отцом на «Очакове». В газетах тогда писали о «сыне лейтенанта Шмидта», только возраст и имя не указывали, что и породило многочисленных «детей». Когда начался обстрел, вслед за отцом парень прыгнул за борт и вплавь добрался до одного из миноносцев. Несколько дней просидел в тюрьме, но был отпущен на попечительство тёти Анны Петровны Избаш. Жил в Керчи, окончил институт и школу прапорщиков инженерных войск. В мае 1917 года подпоручик сапёрной роты Евгений Шмидт был на перезахоронении останков отца в Севастополе. Тогда же с разрешения командующего Черноморским флотом Александра Колчака добавил к фамилии приставку «Очаковский».

Сын одного из первых революционеров не принял Октябрьскую революцию. Воевал в Добровольческой армии, в 1920 году на одном из кораблей, увёзших из Севастополя остатки Белой гвардии, прибыл в Галлиполи (Турция). Последние годы прожил в парижском приюте для бедняков. Умер 28 декабря 1951 года, похоронен в братской могиле.

Наталья Пупкова, «Крымская Правда»

Читайте также: