9 сентября 2010 г.

История курорта Алупка

Для большинства путешественников по Крыму в первой половине ХIХ века и вплоть до 70-х годов Южный берег ассоциировался отнюдь не с Ялтой, а с Алупкой. Именно Алупку называли главной жемчужиной Крыма вояжёры накануне Крымской войны и в течение двадцати лет по её окончании, в то время как Ялта для них — лишь маленькая пристань, перевалочный пункт для разъезжающейся по Южному берегу аристократии.

Старое фото Алупки

Своей славой Алупка была обязана неутомимой деятельности графа Воронцова, который сделал её центром своих крымских владений в первой половине ХIХ века, построив здесь роскошный дворец и разбив парк, а также обеспечив маленькую татарскую деревню мечетью и кое-какими удобствами. В течение двух десятков довоенных лет именно в Алупке концентрировалась вся светская, культурная и курортная жизнь Южного берега Крыма. Светлейший князь умер в 1853 году, и первое время после его смерти Алупка как курортная местность также переживала упадок. Вскоре после Крымской войны почтовая станция была перенесена в Мисхор, а гостиница, построенная в деревне, прекратила существование.

Начиная с 70-х годов ХIХ века Алупка эксплуатирует прежний образ своего курортного величия, будучи едва ли не самым дорогим и первое время в общем-то неблагоустроенным местечком Южного берега. Автор путеводителя по лечебным местам Южного берега В. Чугин так характеризует обстановку местной «гостиницы», сменившей прежнее воронцовское заведение:
Номера все настолько малы, что едва только вмещают две железных кровати, небольшой деревянный грубой работы стол, небольшой комод и пару стульев... вся мебель так проста и ветха, как в любом провинциальном постоялом дворе
В 70-е годы на землях, прилегающих к воронцовскому имению и деревне Алупка, стали строиться частновладельческие дачи, которые вплоть до начала ХХ века и предоставляли приезжающей публике места для жизни. Вышедший на рубеже 80-х и 90-х годов путеводитель по Алупке рекомендовал для жизни несколько дач, среди которых выделял виллу А. П. Погодиной — лучшее здание Алупки с двенадцатью меблированными комнатами, на которые были установлены определённые цены, не повышавшиеся по мере наступления сезона (55-100 рублей в месяц летом и две трети летней платы в зимний сезон). Вилла была снабжена канализацией, имела отдельную прачечную и кухню. К услугам квартирующих были общий зал, столовая, пианино и «кабинетная музыкальная машина».

Алупка. Пансион Смуровой

Люди, ограниченные в средствах, могли снять в деревне комнату в татарском доме. Этот способ размещения довольно нелестно аттестовался П. Ч-вым:
К сожалению, — пишет он, — сакли лишены некоторых необходимых удобств и содержатся не особенно опрятно: нечистоты выливаются тут же у балкона, по земляным крышам ночью визжат и бегают крысы
Интересно, что М. Сосногорова в своём путеводителе в 1871 году говорит, что эти комнаты, напротив, «хорошенькие и очень чистые». Вот насколько менее чем за двадцать лет изменились представления о необходимом уровне комфорта.

В конце ХIХ века к услугам алупкинских «дачников» был ресторан Долгова, помещение которого служило и гостиницей. Постепенно уровень удобств повышается. В 1889 году в Алупке вновь появляется почта, а вскоре и телеграф.

Современники отмечают в качестве особенности алупкинского подхода к организации приёма приезжающих его подчёркнуто «европейский» характер. «Здешние „деревенские“ торговцы, — пишет автор путеводителя, — стараются всячески угодить и задобрить покупателя, отпуская ему товар в „городских“ бумажных мешочках с надписью фирмы и с полной прописью своей личности (например „Бакалейная, колониальная, посудная, железная и карамельная (!) торговля Аджи Абибуллы Касим Эфенди в Алупке“), печатают прейскуранты, раздают свои визитные карточки, и, конечно, всё это делается не в убыток себе».

В 1899 году местные «интеллигентные домохозяева» основали «Общество благоустройства Алупки как курорта», которое развернуло энергичную деятельность и немало сделало для развития местечка. Газета «Крымский курьер» в 1901 году констатировала: «Алупка за последние 15-20 лет стала неузнаваемой. Из прежней татарской деревни, в которой трудно было найти порядочное помещение, она преобразилось в благоустроенное местечко... Здесь есть прекрасные магазины, почти не уступающие ялтинским, множество красивых дач, построенных большею частью на землях владельцев Алупки, взятых в долгосрочную аренду, причём красотою многие из этих дач могут поспорить с итальянскии виллами».

В 1904 году в Алупке — тогда ещё деревне — была устроена сплавная канализация, случай невиданный в России, где канализацию имели редкие города. Улицы Алупки замощались и поливались водой. Была организована вывозка мусора. В 1911 году центральная Воронцовская улица была освещена керосиново-калильными фонарями (другие улицы освещались просто керосиновыми). В 1911–1912 годах инженер Ф. И. Платсонн построил новый шаанканский водовод, а в 1914 году заработала электростанция, которая подавала электроэнергию в Воронцовский дворец и крупные имения.

Старое фото Алупки

Именно в Алупке, в одном из первых мест, началось систематическое использование климатических условий в лечебных целях. В 1902 году доктором А. А. Бобровым была основана первая в Крыму детская «санатория». К 1913 году здесь работали три общественных «санатории» (в том числе основанная Пермским губернским земством) и одна частная д-ра Д. А. Гохбаума.
Профессор Московского университета, известный хирург Александр Алексеевич Бобров (1850–1904) в течение 22 лет занимался изучением свойств алупкинского климата. На собственные и собранные путем пожертвований средства в 1902 году А. Бобров открыл в Алупке санаторий для детей, страдающих туберкулезом.
Популярность Алупки год от года росла. В 1908 году её посетило семь тысяч человек, в 1910–1911 годах количество приезжих перевалило за десять тысяч, в 1912 году оно составило почти шестнадцать тысяч.

Алупка, Воронцовский дворец и парк привлекали также большое количество экскурсантов из отстоящей на 12 вёрст Ялты и других ближайших мест. Сообщение между ними в начале ХХ века осуществлялось экипажами, пароходами местной линии судовладельца Гавалло и автомобилями.

Как недостаток Алупки-курорта путеводители отмечали слишком маленький пляж, на котором к тому же находилась пристань, из-за чего вода часто бывала грязной, и небольшой выбор развлечений. Накануне мировой войны ялтинская газета «Русская Ривьера» не без ехидства отмечала: «В Алупке по-прежнему единственное развлечение для приезжей публики — иллюзионы, щеголяющие друг перед другом различными „сенсациями“. Несмотря на то, что Алупка считается одним из больших курортов на Южном берегу Крыма, там за исключением гостиницы „России“ нет музыки».

Однако основной проблемой курортного развития Алупки было то, что её никак не признавали городом. Несмотря на свою всероссийскую славу, это одно из старейших курортных мест продолжало оставаться деревней, что лишало её «всякой возможности предпринять и осуществить многие благие начинания».

Старое фото Алупки

Местные общественные деятели неоднократно ставили вопрос о наделении Алупки статусом города. В 1899 году общество благоустройства подало ходатайство о преобразовании административного статуса Алупки, но дело было отложено. Вновь алупкинцы возбудили этот вопрос в 1910 году, но и на этот раз положительного решения принято не было. Основным камнем преткновения была судьба воронцовского майората (12% всего пространства алупкинской земли и 20% общей ценности всего недвижимого имущества). Энтузиасты изменения статуса Алупки требовали включить его в городские границы, без чего новообразованный город просто бы не смог полноценно существовать, но его владельцы не желали идти на это. Характерно, что вторые после Воронцовых алупкинские землевладельцы — хозяева имения Алупка-Сара князья Трубецкие — не только готовы были включить свои земли в состав будущего города, но и безвозмездно предоставляли Алупке 200 саженей своей земли под устройство базара. Само имение Трубецких площадью 80 тысяч квадратных саженей было разбито на участки, которые предлагались к продаже под дачную застройку. Дав рождение Алупке как курортной местности, знаменитое имение Воронцовых стало таким образом главным препятствием в её дальнейшем развитии (хотя, возможно, именно благодаря этому обстоятельству сегодня мы имеем возможность любоваться знаменитым Воронцовским парком).

В отличие от значительно менее развитой в курортном отношении Алушты этот первенец курортного развития Южнобережья так и не смог обрести административную самостоятельность.

Андрей Мальгин, «Крымская Правда»

Читайте также: