Фиолент — Святой мыс

Здесь, на головокружительной высоте над морем, отражающем миллиарды маленьких солнц от своей ряби даже зимой, всё дышит поэзией и святостью. Начиная с классического пушкинского «К чему холодные сомненья? Я верю, здесь был грозный храм...», и до самых правдивых строк современного севастопольского поэта Александра Федосеева:
Забытый мыс.
О нём в буклетах
Найдёте вы немного слов,
Но город наш без Фиолента -
Как в море бриг без парусов.

Фиолент

Название Фиолент (Фелент, Феолент) впервые появляется на русских картах в 1807 году. До этого он назывался мыс Святого Георгия, по имени монастыря. Греки переводят Фиолент как «божья страна». Согласно другой версии перевода название восходит к временам господства генуэзцев и происходит от итальянского слова «неистовый» (возле мыса действительно часты морские волнения). Видный историк Александр Бертье-Делагард толковал топоним как искажённое Филенк-Бурун (в переводе с турецкого означает тигровый мыс). А вот первый исследователь херсонесских древностей Сестренцевич-Богуш приводит несколько названий мыса: Карлос, Казефар, Уреш, но Бертье-Делагард считал их «нелепым набором собственных имён». Местные рыбаки говорят, что действительно с моря на обрыве мыса можно видеть чередующиеся полосы желтоватого известняка и тёмного трахита, напоминающие по расцветке тигровую шкуру.

Но наиболее известный вариант топонима — Партениум (девичий). Долгое время под таким названием мыс упоминался в западной литературе. На карте, приложенной к книге, изданной в Лондоне в 1855 году, мыс именуется Партениум. Происхождение топонима связано с древнегреческой легендой об Ифигении, дочери царя Агамемнона, которую отец должен был принести в жертву богам. Но Артемида спасла Ифигению и сделала её жрицей в своём храме, якобы находившемся на этом мысу. Затем произошла история с появлением в этих местах друзей Ореста и Пилада с трагическими известиями с родины, с душевными муками и восстанием против богов самой жрицы, с благополучным возвращением. Легендарный подвиг молодых людей издавна вдохновлял поэтов от Эсхила, Софокла, Еврипида до Александра Сергеевича Пушкина. Скалы у мыса в своих названиях хранят память о верных друзьях и смелой жрице. Две рядом стоящие скалы в море у Фиолента так и называются — Орест и Пилад, а небольшой выступающий мыс — собственно Партениум.

Местонахождение античного храма точно не выяснено, и вряд ли археологическая наука прольёт свет на эту проблему. Некоторые историки утверждают, что он находился в Партените между Ялтой и Алуштой. Известный исследователь Крыма Пётр Паллас видел на Фиоленте остатки здания, состоящего из двух квадратов, стены которых были направлены ко всем сторонам света. Но были ли это остатки храма? Есть одна зацепка, как говорят следователи. Первый к северо-востоку от оконечности мыса Фиолент овраг носит название «Балка Дианы». В древнеримской мифологии это имя богини охоты, соотносимой с древнегреческой Артемидой, в честь которой, по преданию, и был воздвигнут храм. Возможно, храм погребён под древним оползнем, который гигантским языком сполз к морю.

Но баснословная история меркнет перед историей христианства на каменистой земле Фиолента. Самым значительным объектом на мысе является, конечно, Свято-Георгиевский монастырь. Но и у его истории есть предыстория.

В первом веке по Рождеству Христовом посетил места обитания первых христиан Херсонеса Андрей Первозванный. И именно на Фиолент в первую очередь ступила нога апостола.

Первое письменное упоминание о монастыре встречается в 1575 году у польского посла Мартина Броневского. Вскоре Георгиевский монастырь пришёл в упадок. В 1778 году при переселении греков и армян в Приазовье монахи Георгиевской обители покинули Крым. При монастыре остался лишь старый монах-отшельник Каллиник.

После присоединения Крыма к России начинает строиться Севастополь — главная база Черноморского флота. В 1806 году Святейший Синод обращается к императору с предложением сделать Георгиевский монастырь базовым для флотских иеромонахов.

В 1926 году были закрыты монастырские церкви, затем был упразднён и весь монастырь. До 1930 года Крестовоздвиженская церковь использовалась верующими. Храм Святого Георгия был разрушен землетрясением в 1927 году, и, не долго думая, развалины храма бульдозером сбросили вниз на склон, а на его месте устроили танцплощадку.

Чего только не пережила монастырская земля — во время Великой Отечественной войны здесь был сначала советский, затем немецкий, потом снова советский госпитали.

Трагичными были летние дни сорок второго и на мысе Фиолент. Ветераны войны рассказывают, что в районе Фиолента фашисты с обрыва сбрасывали горящие бочки с соляркой, чтобы выкурить наших моряков из укрытий.

В районе Фиолента в дни ожесточённых боёв погибла не одна тысяча наших бойцов, но сохранилась только одна могила артиллериста Александра Романова.

В годовщину 50-летия освобождения Севастополя, останки ещё девяти бойцов, найденных на мысе Фиолент, захоронены в братской могиле в одной ограде с Романовым.

В послевоенное время мыс Фиолент стал полигоном для испытания береговых крылатых ракет и первых в мире стартов ракет из-под воды.

Лишь в начале девяностых начали возвращать церкви все здания. В 1991 году моряками-черноморцами был восстановлен крест на скале Святого Явления. А в ноябре 2005 года над основной террасой монастыря установлен памятник святому апостолу Андрею Первозванному.

Спустимся к Яшмовому пляжу. Лестница — это одна из самых ярких достопримечательностей мыса Фиолент. Устроена она ещё в первой половине позапрошлого века и составляет 891 ступеньку. Мимо живописных развалин — бывшего дома адмирала Лазарева, мимо скамеек на видовых площадках, мимо памятного знака черноморцам и даже мимо множества ручных кошек, знаменитых «котов Фиолента» — к пляжу, состоящему из обкатанной гальки. Прибрежные скалы на мысе Фиолент сложены разноцветными туфами, зеленоватыми кератофирами, тёмной брекчией, и миллионы лет ветровая эрозия, отрывая их небольшие частицы, сбрасывает в море. А море превращает их в разноцветную сказочную гальку.

Весь массив Фиолента с каменными хаосами, гротами, скалами ещё в 1969 году был объявлен комплексным памятником природы местного значения, с 1972 года определены границы гидрологического охраняемого объекта с территорией в 120 гектаров. Памятником объявили, а что для его сохранения сделали? Есть в экологии понятие — рекреационная нагрузка, то есть расчёт допустимого, безопасного для природного объекта количества людей, посещающих его в сутки. Для склона в районе пляжа Яшмовый это число составляет всего 450 человек в сутки, а на самом деле в летние дни на пляже скапливается до шести тысяч человек. Необходимо найти такое компромиссное решение, которое удовлетворит потребности ныне живущих и не поставит под угрозу возможность будущих поколений общаться с природой. Но как научить людей думать не только о себе, но и о будущих поколениях?

А может быть, ответ прост, и находится он как раз над лестницей. Ведь лестница всегда имеет два края. И вести может не вниз, к чудесному морю и разноцветному пляжу удовольствий, но и вверх, к храму с блестящим на солнце куполом, к Богу. Ведь только на Фиоленте можно понять и прочувствовать святость и поэзию в душе каждого. А душа, говорят, христианка...

Сергей Ткаченко, «Крымская Правда»


Симферополь. Прогулка в историю

Ясный январский денёк. Город залит солнечным светом. Как приятно неспешно пройтись по светлым улицам! Идёшь, смотришь на фасады зданий и невольно переносишься мыслями в эпоху, когда вся эта красота создавалась. А если у вас в руках имеется путеводитель в прошлое, страницы которого приоткрывают завесу давно минувших лет, то вы сможете заново открыть для себя свой родной Симферополь. Поверьте, он для вас засияет новыми красками, вы полюбите его с новой силой и захотите стать причастным к его процветанию. Моя экскурсия проходит всего лишь по нескольким центральным улицам крымской столицы. Но и этого достаточно, чтобы лучше узнать его историю.

Симферополь, старый город
Как известно, по указу Екатерины II Симферополь изначально создавался как центр Таврической губернии. 18 июля 1842 года был утверждён первый генеральный план города. К петляющим узким улочкам, тупикам и переулкам Ак-Мечети теперь примыкал новый город с широкими улицами и прямоугольными кварталами. В современной застройке центра города можно легко проследить заложенную в его первом плане сетку улиц. Между новым городом и Ак-Мечетью располагалась Базарная площадь. Сегодня это площадь Ленина.

Вот отсюда, с пересечения улиц Кирова и Горького, началась моя прогулка в прошлое. Если стоять к площади спиной, то на правой стороне улицы Горького увидим угловое здание, в котором сегодня находятся ресторан, дискотека, кафе. А полтора века назад в этом доме находился мануфактурный магазин. Чуть дальше, по левую сторону, открывается фасад красивейшего здания банка. Это одно из лучших архитектурных сооружений города. Его автор, архитектор Краснов, создал Ливадийский дворец, дом князей Гагариных, расположенный на территории современного санатория «Утёс», виллу «Ксения» в Симеизе и многое другое. Будучи уже очень известным архитектором, в 1913 году он приступил к строительству здания «Банка общего кредита». Может ли в этом здании, внушающем непоколебимое чувство надёжности, располагаться что-то иное? Пожалуй, нет: учреждение в здании, построенном на века, должно выполнять соответствующие функции.

А на месте цирка в позапрошлом столетии возвышалась армяно-католическая церковь. Симферополь изначально был многонациональным городом, и в 1862 году, в связи с ростом численности армян-католиков, на средства купца 1-й гильдии Сергея Ивановича Налбандова на этом месте была выстроена армяно-католическая церковь. В её стену была вмурована мраморная доска в память о благодетеле — Сергее Налбандове. Дальше — наш любимый кинотеатр имени Шевченко. В начале XX века предприниматель Шнейдер отдал один из своих домов под синематограф. В 1904 году в Симферополе с красивым названием «Баян» состоялось открытие иллюзиона. Существует мнение, что свое название — «Баян», синематограф получил в честь Вадима Баяна — поэта-эгофутуриста, организовавшего в Крыму серию поэтических вечеров под общим названием Олимпиада российского футуризма (в ней принимал участие и Владимир Маяковский). Но возможно это название кинотеатр приобрёл благодаря тому, что звуковое оформление немых фильмов создавалось за счёт мелодий баяна, который в России был очень популярным инструментом. Может быть...

Симферополь, кинотеатр Шевченко (Баян)

Все от мало до велика знают, что по адресу Горького, 10 находится библиотека им. Франко. А кто знает, что в сороковые годы XIX века это здание имело другое предназначение? Архитектор Эшлиман (автор проекта Байдарских ворот) разработал проект здания для дворянского собрания. Дворяне Симферополя деятельно решали вопросы жизни общества и обустройства города. Для этого им понадобилась престижная резиденция. И улица, на которой она расположилась, стала называться Дворянской. Во время Крымской войны здание дворянского собрания было отдано под госпиталь, где спасал раненых воинов великий русский хирург Н. И. Пирогов.

Сквер Победы. Здесь на сравнительно небольшой территории разместились три исторических объекта. История танка известна: он первым ворвался в наш город при его освобождении 13 апреля 1944 года. А вот историю Долгоруковского обелиска и собора Александра Невского многие не знают. На месте монумента русским воинам, освобождавшим Крым от владычества Османской империи, в дни тех сражений (1771 год) стояла палатка главнокомандующего. Памятник был возведён позже на средства внука Долгорукова.

Поскольку Крым является колыбелью православия, в Симферополе было множество соборов, каждый из которых неповторим по своим архитектурным особенностям. Из семи православных святынь самая значимая для города — Александро-Невский собор. У него длинная и непростая история: его несколько раз начинали строить, разрушали и вновь воссоздавали. раз построенный на пожертвования жителей города. Для обустройства нового собора в 1829 году из Петропавловского городского храма было перенесено семь колоколов (весом 470 пудов). В 1860 году в связи с увеличением численности населения собор был переименован из городского в кафедральный. В 1869 году храм снова перестраивался. Вместимость собора увеличилась на 500 человек. Примечательно, что в 1891 году в качестве разнорабочего принимал участие в ремонтных работах собора молодой Максим Горький. В церковном хоре храма пел в свое время Саша Спендиаров, будущий великий композитор. Сегодня на месте разрушенного в тридцатом году прошлого века собора возрождается новый — точная копия прежнего.

За гостиницей «Украина» — памятник полководцу Александру Васильевичу Суворову. Этот человек славен не только своими победами. Он был блестящим государственным деятелем. В частности, выступил инициатором создания почты на полуострове, а в Симферополе открыл первые аптеки. Но почему же именно на этом месте стоит памятник? Потому что здесь во время русско-турецкой войны в 1777 году находились артиллерийские позиции и стояли лагерем российские войска, которыми командовал Суворов. На другом берегу бурного (!) Салгира стоял неприятель. Александр Васильевич послал депешу Екатерине II со словами: «Нашими войсками успешно форсирована река Салгир», на что Екатерина спросила: «Когда присылать флот?». Но какой бы эта переписка комичной сегодня не казалась, на самом деле в тот период ширина Салгира была гораздо больше, чем сейчас, и переправа через него считалась не из лёгких.

Симферополь, Салгир

Обойдя гостиницу, выхожу на центральную улицу города — Пушкинскую, которая до 1899 года называлась Приютнинской (в доме № 20 находился приют для сирот). Это название возникло не случайно. Знаменитый наш соотечественник дворянин и меценат Андрей Фабра сделал немало добрых дел для процветания Симферополя и достойной жизни его жителей. В частности, ведя почти аскетический образ жизни, чиновник и патриот трудом и сбережениями приобрёл значительное состояние. Но распорядился им нестандартно для нынешних власть имущих: «...желая быть полезным страждующему человечеству, все... недвижимые имения мои и денежный капитал мой, а также всё движимое имущество моё... без малейшего изъятия... оставляю я после смерти моей навсегда и неотделимо в пользу малолетних неимущих сирот...».

Многие дворяне занимались благотворительностью. Их трудами в городе были созданы приюты для престарелых, для детей, для инвалидов.

В начале Пушкинской располагались городская дума и управа, сиротский суд, городской общественный банк. В доме № 2 — гостиница «Санкт-Петербург», в нынешнем Доме офицеров — гостиница «Метрополь». В здании под номером 17 находилось симферопольское отделение Санкт-Петербургского международного коммерческого банка. В угловом здании по адресу Пушкина, 18 изначально размещался краеведческий музей.

А у нашего Крымского академического русского драматического театра им. М. Горького интереснейшая предыстория. В тридцатые годы XIX века московский купец Волков приспособил под театр конюшни дворянского собрания. Сами понимаете, что очень долго такой театр просуществовать не мог, хотя около двадцати лет в каменном сарае Волков организовывал представления. И всё же в середине позапрошлого столетия здание было перестроено и приобрело очертания гораздо более приличествовавшие храму Мельпомены, нежели каменный сарай. В разное время на сцене драматического театра блистали многие знаменитые актёры: М. Щепкин, В. Комиссаржевская, братья Адельгейм, П. Вульф, Г. Субботин, Ф. Раневская и другие. А вот новое здание театра было торжественно открыто 11 апреля 1911 года, встретив первых зрителей оперой М. Глинки «Жизнь за царя».

Прогуливаясь по Пушкинской, останавливаюсь на месте её пересечения с первой в городе улицей — Екатерининской. Можно сразу, наверное, догадаться, что речь идёт о современной улице имени К. Маркса, так как здесь почти каждый дом — памятник прошлого. Когда город только зарождался, эту улицу, прямую и длинную, называли дорогой на Перекоп. В 1834 году такое название закрепилось официально. Через несколько лет на этой улице разместилось полицейское управление, и в 1843 году она уже именовалась Полицейской. А Екатерининской улица стала называться, когда отмечалось столетие присоединения Крыма к России.

Вот так, пройдя по периметру небольшого центра родного Симферополя, я открыла для себя абсолютно другой город. Теперь смотрю на фасады старинных зданий как-то иначе. Пожалуй, с чувством патриотизма и огромным желанием увидеть и через двадцать, и через тридцать лет, бережно сохранённый настоящий губернский город — ведь в этом вся его прелесть и славная его история.

Ольга Егорова, «Крымское Эхо»


Красный Кут — одно из красивейших мест азовского побережья

«Заводское, Заводское, где найдёшь ещё такое », - пропела пожилая женщина в щёлкинском автобусе на моё «До Заводского сколько стоит проезд?». И улыбнулась так, что смешинки заиграли в глазах и разгладились мелкие морщинки в уголках губ: «Красный Кут — два пятьдесят!». Поехали, всего минут пятнадцать развалюхой-автобусом. Хотя нет — колоритным по внешнему виду и содержанию из смешливых пенсионеров транспортным средством. А то ещё обидится водитель, встанет на ремонт. Ведь другой общественный транспорт в этот самый Красный Кут не ездит — маршрутки на Щёлкино проносятся мимо одного из красивейших мест азовского побережья. А зря...

Красный кут

На Керченском полуострове издавна местности так и называют — кутами. Юргаков Кут, Опукский кут, Казантипский кут. По большому счёту весь полуостров такой себе кут. И никто из жителей уже не помнит, почему этот азовский берег в скалистых кручах и с золотым песком на «карманных» пляжах назывался Красным Кутом. Может, от «красный», то есть красивый, предполагают они. Но сразу после войны село переименовали в Заводское. Тоже мало кто вспомнил из старожилов, зачем переименовали населённый пункт. Наверное, потому, что ещё с 1933 года здесь был рыбозавод. Славное предприятие, между прочим.

Николай Назарович Бондаренко проработал на этом заводе сорок один год электриком, до сих пор помнит особенности работы всех трёх заводских электромоторов. Как помнит и самое главное — период расцвета предприятия в советские годы. «Работы было полно на заводе, — рассказывает Бондаренко. — В послевоенные годы всё вручную делали, потому сюда то моряков присылали, то колхозников после страды — помогать!». «Общежития были переполнены, жилья не хватало, ютились в землянках», — добавляет его жена Екатерина Онуфриевна.

Процесс был отлажен: местные рыбколхозы ловили в Азове рыбу, а на рыбозаводе её перерабатывали: коптили, солили, делали пресервы. Кстати, как рассказали бывшие рабочие завода, в пресервы эти очень строго отбирали рыбу. Оказалось, шли они напрямую в саму Москву — не то в ЦК, не то на стол генсекам. На полученные деньги предприятие постоянно усовершенствовало свою базу — до лихих годов нашего уже века. Последний рабочий покинул рыбозавод, уже затихший и опустевший, в 2002 году. И пошёл грабеж — сейчас от цехов, выпускавших элитную продукцию, остались только груды камней да полуразваленные строения. «Завода больше нет, осталось лишь Заводское», — качают головами местные бабушки у магазина с красноречивым названием «Красный Кут».

А вот Николай Назарович верит в лучшие времена. «Эх и были тут дела: то война, то оползни, жизнь нелёгкая, а всё равно люди жили и жили», — говорит старожил села. Ему, 1938 года рождения, есть что вспомнить — от плохого до смешного. Особая страница — война. Какой-то немецкий ас, не то заблудившись, а может, и намеренно в тот день сбросил бомбы прямо на село, в котором и войск-то не было. Взрывами, хорошо что мимо домов, повыбивало только стёкла. Маленький Коля спал у окна и, хотя от шума проснулся, убежать не успел — посекло малыша осколками битого стекла. Мать в ужасе подумала, что сын, истекавший кровью, уже убит, но опомнилась, оказала помощь. «А вот одной женщине кусок стекла прямо в живот попал, умерла в муках», — вспоминает Бондаренко. При бомбёжке 11 мая 1942 года в Красном Куте погибли трое детей семьи Андрющенко — четырнадцати, восьми и четырёх лет.

Во время оккупации в селе базировались немцы и уже при отступлении весной сорок четвёртого пытались взорвать все дома и здания рыбозавода. Остались два эсесовца для этого чёрного дела. По случайности местные парни перерубили провод, и взрыва не последовало. Лютовали эсесовцы, тыкали в людей стволами пистолетов, но время играло не на фашистов — на востоке уже шёл вал наступления советских войск.

Но при воспоминаниях послевоенной жизни — с кино, с космонавтами, с богатыми уловами — у Николая Бондаренко теплеют глаза. Особенно дороги ветерану встречи с советскими космонавтами. Оказывается, весь состав первого отряда, кроме Николаева и Терешковой, побывал тут. Очень любили покорители космоса азовское побережье. Чуть севернее Заводского, у села Семёновка, даже бухта есть, она так и называется: бухта Космонавтов. Говорят, что Леонид Леонов вышел впервые в мире в открытый космос как раз над Керченским полуостровом — случайно, нет ли... Но он смотрел вниз, на знакомые куты и пляжи, это точно. А вы бы не глянули на любимую Землю?

Гагарин тоже тут бывал, хотя больше проездом, отдыхать не давали — слава! «Как-то в Ленино в шестьдесят четвертом иду по улице, вижу, стоит толпа, — тёплые глаза Николая Назаровича смотрят задумчиво. — Гагарина обступили. Юрий Алексеевич — в простой лётной куртке, улыбчивый, разговорчивый. Живой!» А вот в начале семидесятых Бондаренко, будучи в командировке в Москве, попал на мемориал у Кремлёвской стены. «Гагарин и Серёгин уже там были », - выдавливает из себя седой дед, и его глаза сразу грустнеют.

Снова веселят его взор рассказы о киношниках. Именно в Заводском в 1961 году снимали ленфильмовцы фильм по повести Фраермана «Дикая собака Динго, или Повесть о первой любви». Он — один из самых любимых в детстве. Об удивительно светлой, чистой, но такой пронзительно горькой первой любви Коли и Тани Сабанеевой (дебютная роль в кино Галины Польских) рассказывает эта чёрно-белая лента. В те годы редкий мальчишка не был влюблён в героиню Польских, представляя себя тем мальчиком, который подставлял грудь солнцу для загара, выложив её имя из букв, вырезанных из бумаги. Классика отечественного кино! Призы — Венеция-1962, Вена-1963, Лондон-1963. Прокат — почти двадцать два миллиона зрителей. И — общага в Заводском, давно нежилая и холодная, в которой снималось немало эпизодов. Та же собака ощенилась именно в ней.

Чем-то привлёк наш кут ленинградских кинематографистов, и тут же снимают многие сцены фильма «Король Лир», а москвичи в 1976-м полностью на месте создают своё «Солнце, снова Солнце». Это о том, как в рыбачьем посёлке на берегу Азовского моря живёт молодой рыбак Сашка Гаранец. Он любит Тоню и ради неё идёт на хитрость в соревновании за звание лучшего рыбака. Но Тоня любит его и знает, что Сашка будет сожалеть о своём обмане. «Жизненное кино», — заключает Бондаренко.

Красоты тут, в окрестностях села, снимать — не переснимать! Едут сюда и отдыхающие полюбоваться красивейшими закатами, искупаться в тёплом море, поесть вкуснейших на всём побережье бычков. В селе — три пансионата, но лишь один, частный, на плаву. Самый большой, «Росинка», стоит пустой всё лето. Сторож базы Юрий рассказал, что строили его заводчане из Киева и несколько лет отдых тут процветал. Однако в последнее время не то у машиностроительного завода проблемы, не то что-то ещё, но людей нет.

Многие же предпочитают «дикий» отдых, благо для него тут, в Красном Куте, все условия. Моря хватает всем — и купальщикам, и дайверам, и рыбакам. Хорошие дороги, недалёкая железнодорожная линия, водоснабжение «из самого Щёлкино», развитая торговля — пусть и в двух магазинах. Но главное здесь — приветливые люди, хотя и с недоверием поглядывающие на внесезонного посетителя Красного Кута. После разговоров тень сомнения исчезает, и рассказывают кутяне о себе, о рыбе, о ветрах и ещё о многом, что так близко им. И почему-то ловишь себя на мысли, что близким Красный Кут становится и для тебя. Заводское, Заводское, где найдёшь ещё такое!

Сергей Ткаченко, «Крымская Правда»


Сурб Хач. Новая жизнь древнего крымского монастыря

Средневековый армянский монастырь Сурб-Хач в Крыму, неоднократно разоренный и покинутый, возвращается к жизни: здесь появился первый монах, возобновились богослужения.

армянский монастырь Сурб-Хач в Крыму
У въезда с восточной стороны в городок Старый Крым сначала замечаешь одиноких торговцев с ведрами яблок и пирамидами домашних солений. Когда-то именно этот главный город золотоордынского улуса с именем Эски-Кырым, что означает «Ров», и дал название не только крымскому ханству, но и всему крымскому полуострову.

Я приехал сюда, чтобы посмотреть, как живет нынешней зимой средневековый армянский монастырь Сурб-Хач, который находится в трех-четырех километрах к юго-востоку от городской окраины, на склоне горы Святого Креста. На вопрос, как туда добраться, в полученных от торговцев директивах звонко зазвучали советские топонимы: улицы Ленина, Свердлова и Коммуны, потом надо примерно два с половиной километра подниматься вверх по недавно проложенной асфальтовой дороге.

Монастырский комплекс похож на крепость и состоит из соборной церкви, пристроенного к храму притвора с колокольней, кухни, трапезной, и двух ярусов монашеских келий. Совсем недавно здесь появился первый и пока единственный монах — отец Хайрик:

— Сейчас я только один, как монах, как иеромонах. Но у нас есть служащие здесь, четыре человека.

Монастырь был построен в XIV веке силами и на средства армян, поселившихся в восточной Таврике в XI веке. Они бежали сюда, спасаясь от нашествия турок-сельджуков.

— Многие из Трабзона и Западной Армении были вынуждены оставить свои дома и переселялись в эти края, — продолжает отец Хайрик. — К сожалению, три раза была депортация армян, и не только армян, но и других малых наций тоже. То есть тут были выселены не только крымские татары, но многие забывают, что и болгары, и греки... Раньше здесь, в старом Крыму, все были армянские деревни, сейчас только 3-4 армянские семьи здесь живут.

Название монастыря — «Сурб-Хач», то есть «Святой Крест» — связано с хачкаром, или каменным крестом VI века, который был привезен в Таврику первыми беженцами из Армении морским путем. С тех пор монастырская жизнь прерывалась здесь не раз, иногда — на века. В последний раз монастырь Сурб-Хач был ликвидирован в 1925 году советской властью. Богослужения восстановились здесь через 85 лет.

— Сейчас уже, слава богу, три раза в день «часы» делаем: утреннее, дневное, вечернее, — рассказывает отец Хайрик. — Иногда бывает, что только с ангелами, которых не видно, но они присутствуют. Иногда бывает, что посещают паломники.

Пока отец Хайрик молился в древнейшем строении монастыря, храме Сурб-Ншан («Святого Знамения»), я подошел познакомиться с реставратором — каменщиком по имени Сергей.

— Вообще, как зима здесь переносится?

— Тяжеловато. Несколько месяцев погода стоит нормальная, неплохая, а потом, бывает, заметает. Вездеходы проходят, джипы периодически проходят, конечно, но тоже проблематично.

— Вы же тут живете. Как быт у вас налажен, где вы берете воду, где берете продукты?

— Слава богу. Там есть родник, из него воду берем. Дрова есть, электрификация у нас появилась. Потихоньку все нормализуется, слава богу. Это царская жизнь в сравнении с жизнью церковных отцов, которые здесь жили раньше, — говорит Сергей.

Особенность этого монастыря в том, что он открыт для всех — христиан, инославных и даже мусульман.

— Этот храм принадлежит армянам, но открыты ворота для всех верующих, паломников, — объясняет отец Хайрик. — В Новый год татары приехали сюда, потому что в Старом Крыму очень много татар. Они приехали, зашли, помолились и ушли. Удивительно. Когда был в Эчмиадзине, иранцы тоже посещали церковь. И татары тоже приходят, особенно когда свадьбы у них бывают, как паломничество, приходят сюда, молятся и уходят.

Я спросил у русского крымчанина, каменщика Сергея, какой храм он посещает.

— Я хожу, естественно, в эту церковь. Если у меня есть свободное время, я также могу зайти в православную церковь, но различий, собственно говоря, я для себя не делаю никаких. Потому что моя субъективная точка зрения заключается в том, что это есть христианство. Я не делаю никаких различий между, скажем, Русской православной и Армянской апостольской церковью, — ответил Сергей.

Я заметил, что Русская православная церковь никогда не допускала причащения армянских верующих, считая их еретиками-монофизитами и инославными. Отец Хайрик смотрит на это как на древнее историческое недоразумение Халкидонского собора:

— Иногда, когда мы даем причащение, мы говорим: ты христианин (если человек, скажем, не из нашей паствы), принимаешь Господа нашего Иисуса Христа, Отца и Сына, и Святого Духа? И если человек крещеный, мы принимаем. И нет такой проблемы.

Я поинтересовался у Сергея, что удерживает его в этом монастыре.

— Ну, во-первых, это моя родина. Во-вторых, место само по себе просто замечательное. Оглянитесь вокруг, посмотрите — красота, чистый воздух, покой, тишина. Здесь я, даже когда работаю физически, отдыхаю душой.

Притвор храма Сурб-Ншан выложен могильными плитами с полустершимися армянскими надписями. Входя в храм, вы не можете их миновать и неизбежно вынуждены ступать по ним. Так через века выполняется последняя воля скончавшихся в монастыре праведников — служить надежной опорой для подошвы приходящего к Богу человека.

«Крым Вечерний»


Могила царицы на Ногайчинском кургане

Хороший знакомый, журналист и писатель, заядлый охотник и не менее заядлый мотолюбитель, в общем, известный в Нижнегорье Олег Тимшин так прямо и сказал — мол, о всяких местах нашего славного и солнечного полуострова пишешь, а вот о родине забываешь. Тут у нас, в Нижнегорском районе, и курганы тебе с царскими захоронениями, и места дивной степной природы, и речки — пусть мелкие, но уникальные. Взыграло чувство патриотизма коренного нижнегорца — и пошёл в поля за околицей родного посёлка. На Ногайчинский курган, связанный не то с сарматскими царевнами, не то с самими амазонками.

Ногайчинский курган, Нижнегорск

Близ посёлка издавна высился огромный курган восьмиметровой высоты и диаметром в восемьдесят метров. Среди местных жителей о нём издавна ходили легенды о бесчисленных скрытых сокровищах, о белом коне, иногда появляющемся по ночам. Молва связывала рукотворный холм с ногаями — давними кочевниками степей Северного Причерноморья. Отсюда и название. Что останавливало тогда людей от раскопок? Гробокопатели находились во все времена, но Ногайчинский курган не трогали. Лишь только в начале семидесятых годов сюда пришли учёные. Да, может, и они бы не пришли, если бы не грандиозная стройка прошлого века — сооружение Северо-Крымского канала.

В 60-х годах было начато строительство одной из крупнейших ирригационных систем в Европе. Одновременно была создана и Северо-Крымская археологическая экспедиция, задача её — тщательное археологическое исследование той территории, которая попадает в зону действия канала. Экспедицией были раскопаны десятки курганов и сотни погребений. Изучены стоянки каменного века, поселения и могильники эпохи меди, бронзы, железного века. Собрана большая коллекция скифских древностей. А вот значительных сарматских памятников не было — только лишь несколько бедных погребений, каменное изваяние, вот, пожалуй, и всё.

И вот, когда воды из канала должны были оросить крымские поля, на которых — множество курганов, археологи приступили к раскопкам Ногайчинского кургана. Десять дней от зари до зари бригада скреперистов срезала рукотворную гору. А на одиннадцатый день, да ещё под конец рабочей недели, в свежем срезе почвы показался венчик глиняного сосуда. И пошла ручная работа археолога — кисточкой да совочком... Результат — женское захоронение, да какое!

Золотая налобная повязка-диадема и массивная 900-граммовая гривна из кованой золотой проволоки. На её концах — грифоны, мифологические крылатые чудовища с львиными туловищами и орлиными головами. На груди погребённой — золотая брошь, на руках и ногах — браслеты с амурами да психеями, символами любви. Кисти рук покоились в серебряных чашах. Бронзовое зеркало. Следы деревянной шкатулки, в которой лежали золотые перстни, флаконы для благовоний, бусы, красивейшая застёжка из горного хрусталя в виде дельфина, остатки деревянного саркофага. Большинство найденных изделий украшены драгоценными камнями — изумрудом, гранатом, хризолитом, цитрином, яшмой, сапфиром, янтарём, сердоликом, агатом. По своему происхождению драгоценности можно разделить на три большие группы: вещи собственно сарматского производства, изделия, изготовленные по заказам и вкусам сарматской аристократии в мастерских Боспорского царства или других античных центров Причерноморья, и изделия «импортного» производства — попавшие к сарматам в качестве военной добычи, подарков, предметов торговли.

Конечно же, такой уникальный по богатству и размерам курган не мог быть воздвигнут над погребением обычной женщины. Всё — и гривна, и налобное украшение (символы высокого достоинства), и положение рук в серебряных сосудах, подчёркивающее знатность погребённой, и, наконец, обилие украшений из золота и драгоценных камней общим весом более двух килограммов — даёт основание считать, что перед нами захоронение царицы или жрицы.

Существует гипотеза, что тут захоронена не просто сарматская царица одного из племён, а сама дочь знаменитого понтийского царя Митридата VI Евпатора!

В качестве доказательства приводят записи дотошного римского историка начала нашей эры Аппиана, который отмечал, что со скифами был заключён союз против Рима. «Для укрепления этого союза он отдал замуж за наиболее могущественных из них своих дочерей», — пишет Аппиан. Этот единственный факт удачного бракосочетания дочерей Митридата Евпатора со скифскими царями произошёл около 65 года до н. э.

В сочетании с царским статусом покойной наблюдения над украшениями преимущественно эллинского происхождения делают вероятным предположение о том, что в кургане могла быть похоронена одна из дочерей Митридата, выданная замуж за «скифского» царя. «В этой ситуации усыпанные жемчугом роскошные браслеты с изображением брачной пары Эрота и Психеи могли быть специально изготовленным свадебным подарком», — отмечают в своих исследованиях современные историки. Они даже на основании новейших данных антропологии смогли установить возраст погребённой! Вот как об этом написано в исследовании Ю. Зайцева и В. Мордвинцевой: «По результатам новейшего антропологического анализа возраст умершей из Ногайчинского кургана может быть определён в рамках 35-44 лет, наиболее вероятно — 39-41 год».

Несомненно, это более научно, чем относить захоронение к легендарным амазонкам. Хотя версия амазонки в кургане под Нижнегорском более поэтична и привлекательна для отдыхающих. Да, в конце XIX века русские археологи в курганах, расположенных в тех землях, где античные авторы помещали племена сыновей амазонок, открыли женские погребения с боевым оружием. Всерьёз сейчас говорят и о племенах, по легенде появившихся от союза амазонок и скифов и управляемых женщинами-воинами.

Судя по всему, первые сарматские племена образовались примерно в VIII–VII веках до нашей эры в степях восточнее Дона в Заволжье и южном Приуралье. Затем сарматы начали проникать в степи Причерноморья, где безраздельно властвовали скифы.

И в конце концов сарматы, как пишет древнегреческий историк Диодор Сицилийский, «опустошив значительную часть Скифии и поголовно истребляя побеждённых, превратили большую часть Скифии в пустыню». Подобные свидетельства нашли археологическое подтверждение. Но некоторые античные авторы писали, что сарматские племена, громя скифов, заняли степи крымского побережья Присивашья. Вот здесь-то, в Крыму, свидетельства античных авторов археологического подтверждения не получили — до раскопок Ногайчинского кургана!

И с захоронением в нём тотчас связали рассказ античного писателя Полиэна, жившего во втором веке до нашей эры.

У царя сарматов Мидоссака была жена по имени Амага — женщина умная и воинственная. Царь всё своё время отдавал разгулам и пьянству, и Амага сама чинила суд и расправу, отражала набеги врагов. Слава о ней разнеслась по всей Скифии, так что жившие на Таврическом полуострове херсонеситы, обижаемые царём соседних скифов, попросили её принять их в число союзников. Сначала Амага послала скифскому царю приказание прекратить свои набеги на Херсонес. Когда же он не послушался, она выбрала сотню человек, сильных душою и телом, дала каждому по три лошади и, проскакав с ними в одни сутки 1200 стадий (это 190-220 километров), внезапно явилась ко двору скифского царя и перебила всех стражей у ворот. Скифы пришли в смятение от неожиданности и вообразили, что нападающих не столько, сколько они видели, а гораздо больше. Амага же, ворвавшись с отрядом во дворец, убила царя и бывших с ним родственников и друзей, страну отдала херсонесцам, а царскую власть вручила сыну убитого, приказав ему править справедливо и, помня печальную кончину отца, не трогать эллинов и варваров. Именно в это время и был насыпан известнейший в Нижнегорье курган. И на той же земле, где правила царица Амага... Итак, дочь Митридата, Амага или амазонка? Или просто безвестная сарматская царица? Кто знает, что было тут, в степи нынешнего Нижнегорского района две тысячи лет назад?

Да, а как там курган Ногайчинский, можно ли его увидеть? Увы, на том месте — поле, распаханное и засеянное озимыми.

Сергей Ткаченко, «Крымская Правда»


Россия покупает Крым. Часть 2

Часть 1

Недвижимость и предприятия Крыма, конечно же, лакомые куски для российского капитала. Но главной ценностью для них все же остается земля. Подчеркнем — украинская земля.

Сейчас на полуострове полным ходом идет активный процесс переоформления корпоративных прав крупных сельскохозяйственных фирм. И новыми собственниками пашен становятся российские компании. Об этом недавно на заседании коллегии Рескомзема заявил глава этого ведомства Николай Голубев. «Сегодня в России осуществляется кампания — скупать все в Крыму, — отметил он. — Россияне очень активно работают по скупке корпоративных прав фирм, которые имеют сегодня по 300 — 400 гектаров земли, сданной в аренду на срок до сорока девяти лет. Покупают фирму подставные лица, имеющие статус граждан Украины, но фактически она становится собственностью нерезидентов». По словам Голубева, происходит это по всему полуострову, кроме Западного Крыма. «Это и сельхозземли, и прибрежная полоса, но особенно пашни в Кировском, Красноперекопском, Симферопольском, Джанкойском районах. В первую очередь, скупается земля там, где было орошение, где проходит Северо-Крымский канал», — уточнил Голубев. Он подчеркнул, что все сделки проходят в соответствии с украинским законодательством. «Мы будем уточнять, где было переоформление корпоративных прав, но сегодня нет правовых норм, чтобы забрать землю обратно», — подчеркнул он. Добавим, что российским бизнесменам приглянулись и крымские сады. Недавно, например, стало известно, что собственными фруктовыми хозяйствами обзавелись президент «Смарт-Холдинга» Вадим Новинский и управляющий директор West Siberian Resources Максим Барский.

И вот что еще примечательно: глава крымско-татарского меджлиса Мустафа Джемилев на днях признался, что зачастую российские бизнесмены прибегают к помощи крымских татар. «В Алуштинском районе через крымских татар приобретали территорию российские бизнесмены, — говорит он. — По нашим сведениям, им предлагали подать заявление на землю, которая потом переоформлялась на других лиц. Понимая, что самим им все равно землю власти не выделят, а так хоть что-то заработают, некоторые крымские татары соглашались на эти позорные сделки. Впрочем, учитывая их тяжелое социальное положение, комментировать их действия не очень хочется. Получали они за такое посредничество копейки — максимум тысячу долларов за четыре — шесть соток». Да уж, комментировать действительно не хочется.

Интересно, что в самой России продажа земли иностранному капиталу запрещена законодательно. В Украине подобного ограничения в законодательстве о продаже земли нет. Поэтому иностранный капитал фактически под покупкой земли часто подразумевает покупку территории, принадлежащей другому государству, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Сейчас уже в Крыму — в Коктебеле, в Ялте, в Форосе, который москвичи особенно любят, в Алуште, да и в Симферополе — участки приобрели тысячи граждан России. А в Москве на самом высшем уровне обсуждаются перспективы участия россиян в покупке предприятий пищевой промышленности. Таким образом, с экономической точки зрения Крым все больше становится российским, а это чревато тем, что Россия в один момент может сказать: какой же Крым ваш, если все в нем принадлежит нам?

Для полноты картины отметим, что в Крыму для координации влияния российских официальных органов действует «Координационный совет российских соотечественников», который создан еще осенью 2003 года. А теперь — внимание: на одном из заседаний этого совета обсуждалась проблема «экономической реинтеграции Крыма и России»! Что это, если не прямой призыв к нарушению государственной и территориальной целостности Украины? И не надо воевать, захватывать полуостров силой. Достаточно «присоединить» его экономически, а фактически купить. Россияне на полном серьезе обсуждают «создание в Крыму зоны приоритетного российско-украинского развития, вопросы правовой защиты бизнеса и социальной защиты россиян». То есть в Украине фактически и легально создана структура, которая официально декларирует своей целью защиту экономических и политических интересов иностранных граждан. Вопрос: а кто будет защищать в Крыму, являющемся неотъемлемой частью Украины, экономические и политические интересы украинских граждан? Защищать хотя бы для того, чтобы однажды утром они не проснулись уже гражданами другой страны.

Андрей Ростов, «Столичные новости»


Россия покупает Крым. Часть 1

На фоне несмолкающих в Киеве и Москве разговоров о том, что Россия может претендовать на Крым вплоть до силового его захвата, как-то не замечают, что Крым уже давно захвачен россиянами. И дело даже не в том, что многие на полуострове, мягко говоря, лояльно относятся к идее его вхождения в состав России, а в том, что бизнесмены соседнего государства все активнее и увереннее скупают землю, недвижимость и предприятия Крыма.

Самое интересное, что россияне давно не скрывают своего желания широко и глубоко пустить корни в крымскую землю. Они так и говорят: если Крым нам не отдадут, мы его выкупим. И действуют. Тут напрашивается некоторая аналогия с продажей Россией Америке Аляски. Только в данном случае Украина открыто не продает России Крым, а подспудно полуостров фактически переходит в собственность российских компаний. Россияне с каждым годом инвестируют в бывшую всесоюзную здравницу все больше капитала. Если, скажем, в 2003 году прямых инвестиций из России в Крым поступило 104 млн. долларов, то уже в 2007-м цифра перешагнула отметку в 257 млн. долларов. И этот процесс активизируется. По официальным данным, в Крыму действует несколько сотен предприятий с участием иностранного капитала. При этом доля российского участия в экономике Крыма, опять-таки по официальным данным, оценивается в 47 процентов (для сравнения: 10 процентов — суммарная доля Узбекистана, 9 процентов — Швейцарии и США), а в последнее время эти показатели стали расти. Наиболее перспективными секторами считаются туристический бизнес и реализация продуктов нефтепереработки.

Часто в этом деле лидируют российские или совместные структуры, которые стараются не выносить свои коммерческие цели на первый план и декларируют себя как благотворительные или гуманитарные организации. Как, например, созданный несколько лет назад под руководством Юрия Лужкова фонд «Москва—Крым», который превратился в крупнейшего российского собственника в Крыму. Интерес к работе в регионе проявляют и представители среднего бизнеса. Чаще всего они участвуют в приватизации профсоюзных санаториев или реконструкции их отдельных корпусов. И самое интересное, что наряду с покупкой крымской собственности россияне нередко просто ее присваивают. И в первую очередь это касается земли. То и дело в печати проскакивают сообщения о том, что за незаконные продажи крымской земли российским предпринимателям привлекаются к уголовной ответственности городские и поселковые головы. Проблема торговли землей вышла на самый высокий уровень. Достаточно вспомнить уже известную историю с российским предпринимателем Максимом Курочкиным, который пытался присвоить под шесть фирм 346 гектаров Ялтинского горно-лесного заповедника. Этого показалось мало. Из уст некоторых представителей крымской власти стали звучать призывы отдать все побережье Крыма России в пользование. Идея, правда, поддержки не получила. Но это не помешало российским компаниям активизировать свою деятельность по скупке крымских земель, недвижимости и предприятий. Тем более что официальная российская власть всемерно нацеливает своих бизнесменов использовать процесс реприватизации в Украине для повторной приватизации объектов российским капиталом. Вот только несколько примеров. Российский бизнесмен Вексельберг активно воюет за Крымский содовый завод и предприятие «Крымский титан». А одно из российских предприятий, название которого не уточняется, приватизировало часть инженерной инфраструктуры Керченского морского рыбного порта и автомобильные дороги, которые, согласно Закону Украины «О приватизации государственного имущества», продаже в любом случае не подлежат. По факту незаконной продажи иностранцам госсобственности крымская прокуратура возбудила уголовное дело против начальника порта. Незаконным отчуждением указанного имущества он причинил убытки государству на сумму свыше полумиллиона гривен.

Добавим, что все лучшие проекты на полуострове созданы с активным участием российского капитала. В Крыму уже основательно осели несколько российских компаний-монстров. Своей активностью выделяется Национальная резервная корпорация (НРК), которая инвестировала в пансионат «Море» более 25 млн. долларов и комплекс «Миндальная роща» — около 30 млн. долларов. Все эти объекты находятся в живописном районе города-курорта Алушты — Рабочем уголке (он же Профессорский уголок), который уже стали называть Русским поселком. Второй крупный российский инвестор в Крыму — нефтяная компания «Лукойл». На счету нефтяников такие проекты, как алуштинская гостиница «Крымская Ривьера», санаторий «Карасан» в одноименном поселке неподалеку от Алушты, а также отель «Крымская Ривьера — Radisson» в Алуште — первый отель в Крыму, вошедший в международную гостиничную сеть. Помимо этих двух мощных российских финансово-промышленных групп, на полуострове работают «Внешторгбанк», «Северсталь», ГК «Итера». Россиянам также принадлежат гостиница «Ореанда» (визитная карточка главного крымского курорта Ялты), комплекс «Пальмира-Палас», санаторий «Глициния-2001», аквапарк «Голубой залив» в Симеизе, пансионат им. Терлецкого в Форосе, Ялтинский театр им. Чехова. Все это действительно имиджевые для Крыма курортные и туристические объекты.

По данным республиканского Минэкономики, на сегодняшний день основными сферами размещения российского капитала являются: предприятия по охране здоровья и социальной помощи, строительство, гостиничный комплекс, предприятия, занимающиеся операциями с недвижимым имуществом, арендой, инжинирингом, транспортные предприятия. Всего за последние семь лет российский капитал вложил более миллиарда долларов в полуостров. И, естественно, желает получить отдачу с немалой прибылью.

Характерно, что инвесторы из России не ушли с рынка даже в 2005 году, когда Крым с подачи премьер-министра Украины Юлии Тимошенко перестал быть свободной экономической зоной, каковой являлся до этого. Больше того, объем российских инвестиций постоянно увеличивается. В целом сегодня больше всего российских инвестиций приходит на Южный берег Крыма. Это при том, что в Большой Ялте сейчас самая дорогая земля и свободных участков в прибрежной зоне фактически не осталось. А в центре самого города стоимость сотки земли доходит до 100 тыс. долларов. Добавим, что 40 процентов строящегося на ЮБК жилья раскупают граждане России.

Часть 2

Андрей Ростов, «Столичные новости»