18 апреля 2011 г.

Бухта-Барахта у подножия Карадага

Бухта-Барахта и скала Парус, Карадаг (Крым)
Под скалистыми обрывами мрачного хребта Хоба-Тепе на Карадаге есть уютная бухточка с оригинальным, несколько озорным названием — Бухта-Барахта. Автор его остроумно обыграл выражение «с бухты-барахты» (ни с того ни с сего). И название это популярно не только у туристов, но и литераторов (Л. Кондрашенко, например, выпустил книжку детских стихов «Бухта-Барахта»).

Но кто это название придумал? Некоторые читатели, возможно, даже возмутятся: «Как кто?! Владимир Маяковский, конечно!» Действительно, во многих брошюрах по Крыму (впервые — в 1954 году, у Я. Козина в книжке «Геологическое прошлое Крыма», затем неоднократно у В. Ены) имя «агитатора, горлана, главаря» непременно называется в связи с маленькой карадагской бухтой. Остроумие Маяковского хорошо известно. Однако все дело в том, что ни в Коктебеле, ни на Карадаге он никогда не был...

В самом деле, подумаем: неужели поэт, жадно ловивший новые впечатления, отзывавшийся в стихах почти на все увиденное в своих многочисленных поездках, смог бы пройти мимо поражающего воображение древнего вулкана?.. А стихов о Карадаге или Коктебеле у Маяковского нет. Но главное, что маршруты путешествий Маяковского по Крыму достаточно изучены. В. Катанян составил даже специальный «итинерарий» (дорожник) его маршрутов. В Восточном Крыму Владимир Владимирович был только раз, когда в 1914 году вместе с поэтами Игорем Северяниным и Вадимом Баяном выступал в Керчи, но по пути туда из Севастополя не заехал даже в Феодосию.

Собирая материалы для своего путеводителя по Карадагу, я, естественно, обратился к Марии Степановне Волошиной, вдове поэта, хранительнице коктебельских преданий. И она рассказала, как родилось интересующее меня название. Случилось это во время одной из лодочных прогулок хозяина Дома поэта и его гостей вдоль Карадага. При подходе к безымянной бухточке за мысом Слон Максимилиан Александрович шутливо предложил назвать ее именем того, кто первый ступит на ее пляж. Поднялась суматоха. Ближний к берегу борт был мгновенно перегружен бросившимися к нему пассажирами — лодка перевернулась. И над людьми, со смехом отфыркивавшимися, барахтавшимися на мелководье, впервые прозвучало сохранившееся доныне имя...

Бухта-Барахта

А через несколько лет после рассказа Марии Степановны мне в руки попал журнал «Всемирный турист» за 1930 год. В номере четвертом был напечатан очерк К. Алтайского о Коктебеле «Край зеленого золота». На странице 116 при перечислении красот Карадага я неожиданно прочел следующее:
Есть безымянная маленькая бухта. Коля Платовский рассказывает так:

— Я... возил Максимилиана Волошина... с гостями... в эту бухту. Подъехали. Баркас — раз! Ударился о камни. Они вылезли... упали. Барахтаются. Спрашивают: как зовется эта бухта. Я говорю: никак. Ну, они говорят: пусть зовется... Барахта.
Бухта-Барахта у Карадага

В монографии Ф. Левинсона-Лессинга и Е. Дьяконовой-Савельевой «Вулканическая группа Кара-Дага в Крыму» (Л., 1933) Бухта-Барахта не только названа, но и нанесена на карту. Между тем известный геолог, академик Франц Юльевич Левинсон-Лессинг, изучавший Карадаг в 1924–1929 годах, не раз бывал у Волошина и обращался к нему как к старожилу и знатоку здешних мест (в Доме поэта до сих пор хранятся пять его книг с дарственными надписями Волошину). Тогда-то, очевидно, шутливое имя было зафиксировано печатно и приобрело «права гражданства».

Из книги Владимира Купченко
«Киммерийские этюды»

Читайте также: