23 июня 2011 г.

Эчки-Даг — «козья гора»

Сане Дормидонтову повезло. Внимательным взглядом фотографа-анималиста он смотрел вокруг, замечая мелкие былинки и бабочек, порхающих над малахитовой высокогорной травой-муравой. Меня же, пейзажиста в душе, больше притягивают к себе дали и высота. Вот и проглядел под ногами рождение новой жизни. А Сан Саныч увидел, как появляется из неуклюжей личинки знаменитая крымская цикада.

Рождение крымской цикады
Автор фото — Александр Дормидонтов

В походе по горному массиву Эчки-Даг (Козья гора) нас сопровождал несмолкаемый стрекот. Солнце уже припекало во второй половине дня, и всё живое тянулось к спасительной прохладе. Вон даже вороны-кузкуны, огромные и чёрные, с синеватым отливом длинных крыльев спрятались в тени под скалой и открыли клювы: жарко.

На солнцепёке — только мы, гости Козьей горы, да цикады.

Эчки-Даг

Какой вид цикад встретился нам, увы, пока не знаем. Жаль, что среди нас знатока-зоолога не оказалось. А теперь думай: и каких летучих мышей встретили на привале, и что за лиса — злюка страшная! — убегала от нашей палатки, не сумев ничем полакомиться и оттого крепко рассердившаяся.

«А по народному календарю ведь ещё не лето. С последней декады мая до 11 июня такой интересный период — предлетье», — размышляет Сан Саныч за кружкой ароматного напитка — с только что сорванным чабрецом. Нам уже некуда спешить, ночь накатывается откуда-то с моря, от Карадага и Лисьей бухты, а закат почти уже не пламенеет, но ещё греет небеса розовыми красками. День затухает, как костёр, и стало уже прохладно — как-никак метров шестьсот над уровнем моря.

В небесах, кажется, ожил весь звёздный атлас Яна Гевелия, в котором созвездия представлены изображениями людей и очень пластичных животных. Метеоров почти нет. Они в июне редки, хотя действующих потоков в месяце несколько. А луна, стареющая и ущербная, взойдёт только после полуночи и украсит небосвод над морем, окружающие горы призрачным светом — до мурашек по спине. Особенно это впечатляет с высоты полукилометровой горы Элтиген. Виды, открывающиеся с неё, вдохновляли известного художника Константина Богаевского.

Хорошо дышится, прохладой веет от Лисьей бухты, над которой уже гремит где-то там музыка дискотеки.

Воробьиные ночи июня — сколько в них неожиданного! Так и теперь, когда из-под Большой Медведицы сорвался яркий метеор — болид. Кажется, что летел он не секунды, а медленно плавился в земной атмосфере несколько минут, оставляя за собой туманный след, и упал где-то в стороне судакских гор...

Утро пришло очень скоро: подёрнулись звёзды рассеянным светом, посерело небо, и вскоре мы встречали зарю над Карадагом. А там уж — под свист и щебет проснувшихся птиц — выкатывалось красно-оранжевое солнце. Надо идти вниз, пока нежарко, вдоль красивейшей из скальных стенок — Чал-Каи, или в просторечье — Чалки.

Снизу выйти на гребень хребта Чалка нелегко — нужно пересечь верховья нескольких балок, покрытых густым лесом из грабинника и дубового шибляка. Но и по верху проблематично: труднопроходимый массив почти без троп, а восточное направление по склону способно увести вниз — в глубокую балку Каян-Арды. Принимаем соломоново решение и бредём вниз, быстро теряя высоту, зато вскоре стоим на нахоженной тропе, ведущей к седловине Ач-Хапу. Тотчас вспоминаются строки из великолепного советского путеводителя по Эчки-Дагу:
У седловины Ач-Хапу видны развалины старой стены, которая, вероятно, преграждала овцам и козам путь в лес. Туда, в северном направлении, уходит тропа. Она петляет по балкам среди густого леса и выводит к другой хорошо натоптанной тропе, которая постепенно поднимается в северо-восточном направлении к седловине между горами Кара-Оба и Делямет-Кая на Эчки-Даге и спускается к юго-западу, к шоссе Судак — Феодосия.

Мы же идём в обратном направлении. И вскоре с седловины Ач-Хапу открывается хороший вид на Элтиген и его отроги, Деляметскую балку, верховья которой именуют урочищем Кызык. Остатки стены действительно видны: может, и впрямь для скотины сделана, а может, и от лихих людей да врагов? В средней и нижней части Деляметской балки среди виноградников на террасах археологами обнаружены поселение эпохи поздней бронзы, мастерские и стойбища палеолитического, мезолитического и энеолитического человека, а в урочище Кызык — таврское убежище.

Но сейчас люди тут не живут, цивилизация переместилась на берег моря. Хотя обитатели и гости Лисьей бухты, наоборот, считают, что наша цивилизация заканчивается у подножия Эчки-Дага. Не будем спорить: Эчки-Даг в начале июня — всё равно здорово!

Сергей Ткаченко, «Крымская Правда»

Ссылки по теме: