8 декабря 2008 г.

В Крыму разводят страусов!

Кадры из вестерна: огромный пикап несётся к горизонту. Дорога петляет, упираясь в низкое тёмное небо. Голые, холодные и голодные поля. Одинокие деревянные столбы. Молчаливое величие Белой скалы, которую киношники уже изрядно «потрепали» массовками и динамитом. Вдали — несколько хижин и наспех сколоченных из брёвен загонов. Гуляют страусы. Авто останавливается у ворот фермы. Лают псы. Хозяин выходит встречать...

Страусиная ферма в Крыму

Это не кино, а реальность. Не американские прерии, а Белогорский район Крыма. И владелец страусов, привезённых с Арабатки, не Джон или Боб, а директор совхоза-завода «Предгорный» — Вячеслав Великодный.

Фермерское хозяйство раскинулось у подножия Белой скалы. Его с полной уверенностью можно назвать диким, затерянным во времени и пространстве. При том, что рядом — оживлённая Феодосийская трасса и от Белогорска всего-то несколько километров. Да и мелкие сёла бисером нанизаны на дорогу, ведущую к ферме. Но, увы, сейчас хозяйство не приносит той прибыли, которой обычно славятся этакие «экзотические уголки». Нет здесь толп уставших от городской суеты и шума туристов, которым предлагаются экскурсии по страусиной ферме, конные прогулки. Нет рыбалки, хотя речка рядом, не бегают забавные вьетнамские поросята, и грациозные ламы не прохаживаются. Нет здесь кафешки, где потчуют блюдами из мяса страуса, омлетами из страусиных яиц, отпаивают фиточаями и крымским вином. На ферме даже электричества нет. Столбы есть. А вот линии электропередачи когда-то срезали «охотники за металлом».

Зато есть здесь несколько псов, шестьдесят страусов и их «смотритель» Айдер. Рабочих на ферме четверо, дежурят они по очереди.

— Просто я с самого начала допустил ошибку, — говорит Вячеслав Великодный, проводя экскурсию по своим владениям. — Начал что-то планировать и строить на территории, которая мне не принадлежит. И столкнулся с рядом трудностей и непониманием. Ведь всё это, — предприниматель раскидывает руки, — имущество совхоза-завода «Предгорный». Вот этот старый сарай — это кладовая, где яблоки когда-то хранились, так я его не могу выкупить. Фонд госимущества не разрешает. Ведь совхоз-завод до сих пор находится в списке неприватизированных предприятий. А для того, чтобы его приватизировать, нужен хороший инвестор.

Идея создать «экзотический агропарк» в Белогорском районе появилась у предпринимателя полтора года назад. В порядок привели территорию, давно уже поросшую колючками и бурьяном, почистили заброшенный колодец, соорудили вольеры, помещения для зимовки и завезли птицу.

— А планы-то были грандиозные! В Крыму сам Бог велел страусов разводить! Климат наш этой птице подходит, курортники к нам едут за отдыхом, развлечениями, положительными эмоциями, почему бы их не развлекать страусами и прочими экзотическими зверюшками?

Айдер искренне привязался к своим питомцам и возится с ними днями и ночами.

— К новому месту они привыкали болезненно, но адаптировались быстро, — рассказывает он. — Были даже случаи, когда они людям пальцы ломали. Страусы ведь достаточно агрессивны. И очень сильны.

— А это правда, что они трусливы?

— Почему-то все, кто сюда приходит, задают именно этот вопрос, — смеётся Айдер. — А ещё часто спрашивают о том, сколько в одном страусином — яиц куриных? Почти сорок. И голову страусы никуда не прячут. Но то, что они очень пугливы — это правда. У нас тут одно время лисы бегали. Так они их ужасно боялись. А ещё страусы очень любопытны. И любят всё блестящее. Как-то девушка в длинных переливающихся серёжках зазевалась, фотографируя, и страус осторожно потрогал «драгоценность» клювом.

Страусы вырастают до двух-двух с половиной метров, а их минимальный вес — семьдесят килограммов. И некоторая неуклюжесть этих животных обманчива. Они очень сильны, быстры и непредсказуемы.

— А клички у них есть?

— У всех шестидесяти — нет, — улыбается Айдер. — Но вот у особых — есть. Одну самку я, например, Китайкой называю, потому что у неё голова немножко приплюснута, а глаза узкие и раскосые, как у китаянки. А ещё есть Яшка, есть Квакуша, есть и Танцор Диско. Это потому, что он всё время как бы приплясывает.

И пусть говорят, что страусы это — семьдесят килограммов диетического мяса, по вкусу чем-то напоминающего говядину, и что у страусов ценная кожа, из которой делают дорогущие женские сумочки и туфли, и что перо этой птицы идёт на шикарные боа. Но мне почему-то думать о том, что кто-то забивает эту птицу, хочется в самую последнюю очередь. Уж очень они забавные, эти страусы. И они так смешно вытягивают свои шеи, так мило хлопают длинными, пушистыми ресничками, так потешно трясут хвостами. И так неуклюже, слегка покачиваясь, переставляют длинные массивные ноги, что невольно улыбаешься, вспоминая фразу из советского мультика: «Крылья, крылья!.. Главное — ноги!».

Ирина Ковалева, «Крымская Правда»