Самые знаменитые призраки Крыма

Экскурсии по тем местам, где живут призраки и привидения, — такой «паранормальный» туризм сегодня стал в Европе весьма популярным. Считается, что больше всего подобных мистических объектов в Шотландии и Чехии. Гордится своими таинственными замками и Западная Украина. Однако Крыму в этом смысле тоже есть что показать.

Мангупский мальчик


Мангупский Мальчик
Памятник Мангупскому Мальчику, установленный в селе Ходжа-Сала у подножия Мангупа

Парк «Салгирка» в Симферополе

За многие годы своего существования каких только имен не носил этот парк — то это был загородный дворец графа Воронцова, то просто «Воронцовка», то «Салгирка», то учебное хозяйство сельхозинститута, и, наконец, ботанический сад университета.

Парк Салгирка в Симферополе

Забытые районы Феодосии

Издревле, по мере того, как Феодосия росла и расширяла свои границы, каждому району жители давали свои названия. После строительства порта появились районы, где жили портовики и их семьи. Центр Феодосии застраивался особняками наиболее богатых граждан. Уже тогда существовала Караимская слобода, было несколько цыганских слободок в разных районах.

Район Карантин, Феодосия

Октябрьское — поселок в самом центре Крыма

Сразу бросилось в глаза: чистота, подбеленные деревья стройными рядами стоят вдоль дороги, по которой гуляют мамы с колясками. Пенсионеры на лавочках греются на уже тёплом солнышке. Машины советского производства стоят у типичного продуктового магазинчика. Домики и дома сталинской ещё постройки, памятник Ленину в хорошем состоянии — какое-то дежа вю. Неужели я вернулся лет на двадцать назад?

Поселок Октябрьское в Крыму
Автор фото — Vitaly88

Неведомый след крымского золота

Золотая диадема, украшенная зёрнами граната, коллекция монет из червонного золота, древняя икона в золотом окладе, медальоны с изображениями Афродиты и Эрота, золотые бусы, пояса, кольца...

Почти восемьдесят пять лет назад эти предметы стали известны всему миру благодаря историческому очерку Юлия Марти «Сто лет Керченского музея» — своего рода каталогу ценностей, найденных на Керченском полуострове. Спустя всего шестнадцать лет, в конце 42-го, восемьдесят килограммов золотых и серебряных предметов — бесценные крымские сокровища — затерялись в буре военного лихолетья.

Место № 15

Многие народы населяли Керченский полуостров за прошедшие тысячелетия. Сменяя друг друга, они оставляли след — незримый, в легендах, исторических фактах, и вполне осязаемый — символы могущества в курганах захоронений, остатки древних построек и предметы быта. Проходили века, тайны прошлого приоткрывались. Двести лет назад, в 1810 году, в Керчи решили собрать реликвии былых времён — появился частный музей древностей Поля (Павла) Дебрюкса. Его коллекция через шестнадцать лет и стала основой государственного музея. Что-то, конечно, потом растворилось в вихрях гражданской войны, в первые десятилетия XX века, но часть удалось сохранить, приумножить. Фонды Керченского историко-археологического музея, которым с 1921 года руководил известный учёный Юлий Юльевич Марти, насчитывали множество уникальных экспонатов. Чего стоит знаменитая «золотая коллекция»: золотые бляшки с изображениями скифов, пьющих вино из рога, юноши, сдерживающего коня, сфинкса, браслеты, пантикапейские, боспорские, генуэзские, византийские, турецкие, русские монеты, средневековые пряжки и тому подобное.

Золотая бляшка с изображением скифов, пьющих вино из рога

Неудивительно, что и свои находки — золотую диадему, украшенную сердоликами и зёрнами граната, большую золотую пряжку, ушные подвески тонкой работы, тонкие овальные золотые пряжки — крестьянин из села Марфовка Семён Нешев передал музею. В 1926 году он наткнулся на старинное женское погребение на гребне Асандрова вала. Позже установили: здесь захоронен вождь германского племени готов, возможно, сама царица Федея. Впрочем, любовались коллекцией крымчане и гости полуострова недолго: началась Великая Отечественная война.

Сентябрь 41-го. Фашисты рвутся в Крым. Под постоянными налётами вражеской авиации на полуострове происходит эвакуация. В тыл отправляются не только люди. Оборудование заводов и фабрик, колхозные стада, самое ценное из фондов музеев, картинных галерей, архивов стараются вывезти подальше от войны. Готовился к эвакуации и Керченский музей. Увы, вывезти всё не представлялось возможным. По распоряжению Юлия Марти к эвакуации в Краснодар (тогда он казался надёжным тылом. — Ред.) подготовили девятнадцать больших ящиков — наиболее ценные экспонаты, архив, материалы исследований более чем за столетний период. Для бесценной «золотой коллекции» директор принёс из дома фанерный чемодан, обитый чёрным дерматином.

В него в специальных коробочках уложили 719 ценностей, в том числе и клад, переданный крестьянином Нешевым. Закрыли на замки, обвязали ремнями, опечатали сургучной печатью Керченского горкома ВКП(б). «Место № 15» — так в официальной описи значился груз, чаще именуемый «золотым чемоданом». Двадцать шестого сентября 41-го директор музея Ю. Марти и инструктор горкома партии (по другим данным — сотрудник горисполкома. — Ред.) Ф. Иваненкова вместе с грузом вышли на катере в Керченский пролив. Это сейчас из Крыма на Тамань можно переправиться менее чем за час и без особых приключений. Тогда же под постоянными бомбёжками и обстрелами добраться до другого берега удавалось немногим: в тот день вместе с катером, вёзшим музейные ценности, в море было ещё четыре судна — до Тамани дошли два. Среди них и музейный, хотя, по рассказам очевидцев, над ним неотрывно «висел» «юнкерс», но не стрелял, словно конвоировал. Это вполне возможно, ведь за «золотым чемоданом» и прежде всего за кладом, обнаруженным крестьянином Нешевым, гитлеровцы вели охоту. Специальная зондеркоманда, в которой были и немецкие учёные, в довоенное время видевшие коллекцию в музее. Задержись Марти и Иваненкова с эвакуацией — «золотая коллекция» оказалась бы в руках фашистов.

Откуда они узнали об эвакуации ценностей, теперь сказать трудно: видимо, всё-таки нашёлся предатель в городе. Зато вполне объяснимо, почему найденный крестьянином клад привлёк внимание гитлеровцев. Дело не только в цене золота. Ещё в 1933 году в Германии было создано «Немецкое общество по изучению древней германской истории и наследия предков», в войну его курировал шеф СС Генрих Гиммлер. Цель — обоснование превосходства расовой теории с научной точки зрения и поиск «корней» истинных арийцев по всему миру. Золото из крымского готского захоронения стало бы для фашистов подарком, в немецких музеях подобных образцов восточной готской культуры не было. А золотая диадема, которая вполне могла принадлежать царице готов Федее, правившей в I веке нашей эры, само собой должна быть только у третьего рейха.

Краснодарское путешествие

Но золото было уже на Тамани. Машины, гружённые музейными реликвиями, двинулись в Краснодар. В пути неоднократные бомбёжки. Как вспоминал директор Керченского музея, при налётах они с Иваненковой бросали в машинах все ящики и, взяв с собой тяжеленный чемодан, прятались в придорожных канавах. О том, чтобы бросить его, не было даже мысли: оба понимали, что им доверено, и как ответственные люди не могли отступить. Довезли в целости. В Краснодаре Юлий Марти составил отчёт, подписал акт о передаче ценностей на хранение в местный музей и с сердечным приступом оказался в больнице. Менее полугода хранился керченский груз в Краснодаре. Как только появилась угроза подхода фашистов к городу, Ф. Иваненкова сопроводила девятнадцать ящиков и «золотой чемодан» в Армавир. Новая сверка по описи, подтверждение, что всё в наличии, и на «месте № 15» появляется уже печать Армавирского горисполкома. Какова дальнейшая судьба инструктора Иваненковой, увы, неизвестно. В Армавире бесценный груз поручили инструктору спецотдела горисполкома Анне Авдейкиной.

Исследователю судьбы «золотого чемодана» Евграфу Кончину удалось разыскать Анну Моисеевну. Она рассказала, что «место № 15» хранилось в её спецчасти в Доме Советов. Поэтому и уцелело, а эвакуированные ящики хранились в одном из домов, и при очередной бомбёжке почти все керченские экспонаты погибли. «Летом сорок второго года, — вспоминала Анна Авдейкина, — я заболела — сыпной тиф и воспаление лёгких. Еле-еле меня выходила мама. Третьего августа она сказала, что немцы совсем близко и, похоже, город наши оставляют. Я решила пойти в Дом Советов. Здание встретило открытыми дверями и полным безлюдьем. С трудом вскарабкалась на четвёртый этаж, вошла в свою комнату и... сразу же увидела тот самый чемодан! О нём в суматохе просто забыли. Но не отдавать же врагу народное достояние!». Вместе с племянником Шурой и сестрой Полиной Анне Моисеевне под бомбёжками удалось притащить десятикилограммовый чемодан домой, а потом разыскать председателя горисполкома. Он прислал за бесценным грузом полуторку и приказал гнать в станицу Спокойную, что в ста километрах от Армавира. Другие дороги были отрезаны. В пути машину обстрелял фашистский истребитель, шины спущены, в станицу «добрались на скатах». Анна Авдейкина передала по описи «золотой чемодан» заведующему местным отделением Госбанка Якову Марковичу Лободе. На обратном пути была задержана фашистами, доставлена в лагерь для проверки личности. Бежала, перешла линию фронта, работала в тылу.

В Армавир вернулась уже в феврале 43-го, после его освобождения. И узнала, что вовремя спасла «место № 15»: от Краснодара в Армавир по следу шла зондеркоманда, допрашивали всех. Добрались и до дома Авдейкиной, очевидно, кто-то выдал, что она тащила чемодан. Гестаповцы обыскали дом, даже стога сена во дворе истыкали штыками, но родные женщины ничего о грузе не сказали.

В целости сохранил его и Яков Лобода. Когда в августе 42-го возникла угроза занятия фашистами станицы, он погрузил чемодан, всю наличность, взятую из банка, на бричку, забросал домашним скарбом и стал пробираться в тыл. Был остановлен. К счастью, фашисты лишь бегло осмотрели повозку и, не обратив внимания ни на грязный чемодан, ни на узел с деньгами, велели возвращаться в станицу. Яков Маркович не вернулся, на одной из тропок свернул в лес, добрался до партизанского отряда, сформированного из жителей станицы Спокойной. Сдал ценности командованию и остался в отряде рядовым бойцом.

Где-то в лесу

В партизанском лесу след «золотого чемодана» обрывается. По одной версии: ценности из него разграбили в отряде. Вероятно, один или несколько нечистых на руку партизан, улучив момент, распотрошили чемодан, закопав в лесу экспонаты, чтобы позже забрать. Но, очевидно, потом погибли. Версию косвенно подтверждает и расследование чекистов, проводившееся после освобождения района. Тогда немногочисленные уцелевшие партизаны показали, что во время одного из переходов обнаружили пустой чемодан, рядом находились несколько странных предметов «цвета бронзы с камешками», правда, все они потом «куда-то подевались». Указывает на это и фиктивный акт (подтверждено при расследовании. — Ред.), составленный бывшим комиссаром отряда и зам. начальника снабжения: все ценности и документы отделения Госбанка, в том числе и «золотой чемодан», сожжены в лесу «вследствие невозможности эвакуировать». Но сжечь в костре восемьдесят килограммов золота просто нереально.

По другой версии: нетронутый «золотой чемодан» спрятан в лесу. Героически сражавшийся, но всё-таки окружённый фашистами в декабре 42-го партизанский отряд выходил из окружения небольшими группами. Чтобы не обременять себя тяжёлым грузом, часть вещей, в том числе и керченское золото, закопали. Об этом тоже свидетельствовали уцелевшие в боях партизаны, в том числе и бывший начштаба отряда. По некоторым данным, закапывали чемодан командир отряда Пётр Николаевич Соколов и Яков Лобода. Место было указано на командирской карте. Соколов погиб в бою, Лобода попал в плен, но даже под пытками не выдал тайну и был расстрелян. Карта со временем пропала.

Сергей Макаров на поиски «золотого чемодана» отправлялся дважды, но обнаружить ничего не удалось.

— В начале семидесятых мы с друзьями-студентами, узнавшими о кладе, ездили на каникулах в ту станицу, — рассказывает крымчанин. — Местные жители историю подтвердили, добавив, что в станице в войну рыскала немецкая спецгруппа — та самая зондеркоманда. Допрашивали, искали, но, видно, не нашли ничего, раз до сих пор ни одна реликвия не всплыла на аукционах или в частных коллекциях. Местные считали, что клад закопан в лесу, но сами искать не пытались, во всяком случае при нас. Говорили: зря это, партизаны-то на месте не сидели, пойди найди, где чемодан зарыли. Но мы всё-таки искали и в лесу, и на границе станиц, и у горы — выбирали квадрат и землю щупом исследовали. Бесполезно. Однажды нашли в лесу заброшенную партизанскую землянку, но и вокруг неё было пусто.

Второй раз Сергей отправился в Краснодарский край в начале девяностых уже с металлоискателем. И снова неудача, даже ту землянку найти уже не смог.

— Видно, надёжно земля свои клады укрыла, — говорит он. — Может, это и правильно: кто знает, в какие руки попадёт. Хорошо, если в добрые, учёным, которые снова в музей сдадут, а если в частную коллекцию, то хуже — золото такое редко без крови обходится, да и не увидят его простые люди. Это мы по молодости глупые были, разбогатеть враз мечтали, сейчас бы уже не поехал. Пусть хранится до лучших времён там, где спрятано.

Между тем сокровища из «золотого чемодана» всё-таки нашли три года назад. Правда, только в кино. История о керченских ценностях стала одним из сюжетов снятого в 2007 году восьмисерийного фильма «Маршрут». Но и эти «найденные» предметы вновь канули в вечность: часть их упала в пропасть, часть сгорела вместе с машиной. Поистине клады, которые ищут только с целью наживы, не приносят добра. А в Крыму не теряют надежду, что когда-нибудь 719 золотых и серебряных предметов, затерянных в Краснодарском крае, вновь окажутся в музейной экспозиции. В память о тех, кто, рискуя жизнью, спасал содержимое «золотого чемодана» в годы Великой Отечественной.

Наталья Пупкова, «Крымская Правда»


Видео: Приключения «золотого чемодана»




Ссылки по теме:

«Новый» автовокзал Симферополя

Трудно определить, когда появился «новый» автовокзал, как называли его жители Симферополя, по сравнению со «старым». Нельзя согласиться с тем, что писали «События» несколько лет назад, о том, что он заработал в 1956 году. Будем исходить из того, что путеводитель по Крыму 1959 года рассказывает об автовокзале на улице Карла Маркса, а книга о Симферополе 1961-го уже сообщает о появлении «нового» автовокзала на его нынешнем месте в начале улицы Киевской.

Старый автовокзал Симферополя

Багерово. Ностальгия по прошлому

Если вы приедете в Багерово по железной дороге, вас встретит лётчик. В лётном шлеме, комбинезоне, выкрашенный, как в народе говорят, серебрянкой. Молодой человек, запечатлённый теперь уже неизвестным скульптором, пристально смотрит вдаль. Напрашивается фраза «Смотрит в будущее», но вопреки всякой логике лётчик смотрит вперёд, но в прошлое.

Что такое Багерово? На этот вопрос вы получите разные ответы, смотря к кому обратитесь. Молодёжь отмахнётся и скажет: «Да село, посёлок, там какие-то воинские части стояли, какой-то аэродром был. Сейчас всё заброшено». Люди зрелого возраста ответят: «Багерово было одним из лучших полигонов во времена Советского Союза. Сюда многие стремились попасть на службу. Было и почётно, и в бытовом отношении удобно». Багерово — посёлок городского типа, центр поселкового Совета, железнодорожная станция. Расположен в шестидесяти километрах от районного центра Ленино. Такое странное на слух название, прямо с какими-то иностранными корнями. Ощущение не обмануло. Населённый пункт появился на свет где-то в 1816-1818 годах благодаря покупке земель испанским консулом Багером. Скорее всего, освоение земель началось со строительства частного особняка. Так место получило «импортное» имя. После революции потомки Багера вернулись на родину, собственность добровольно передали Советской власти.

Это начало истории Багерово. А самые яркие страницы её связаны с именем Виктора Чернореза. Именно ему по инициативе головы поселкового Совета А. Панкратова, председателя совета ветеранов А. Скотникова и благодаря спонсорской помощи С. Кузь над входом в гарнизонный Дом офицеров посёлка Багерово установили мемориальную доску: «Начальнику 71-го полигона Военно-Воздушных сил, генерал-лейтенанту Чернорезу Виктору Андреевичу (1910–1980 гг.)». Всё, что было создано за годы существования гарнизона, организовано при непосредственном участии генерала.

В 1947 году Виктор Андреевич был назначен заместителем начальника полигона по научно-испытательной части и принимал активное участие в формировании 71-го полигона ВВС в районе посёлка Багерово. А через несколько лет в связи с переводом начальника полигона Комарова в другую часть Чернорез назначается начальником полигона.

Многие гражданские люди, которых судьба связала с Багерово или которые просто приезжали сюда, в один голос твердят, что посёлок был культурным центром района. На концертные площадки приезжали театры из Москвы. В лучшую по тем временам в Крыму школу № 1 приглашались ветераны, литераторы, герои-авиаторы Советского Союза. Ученики слушали Ивана Никитовича Кожедуба, Александра Ивановича Покрышкина. На вечера отдыха, устраиваемые в гарнизоне, съезжалась молодёжь из всей округи, даже керченская. Самые завидные женихи учились или служили здесь.

На фотографиях, хранящихся в семейных альбомах багеровцев, запечатлены огромные клумбы роз, яркая зелень парка и скверов. Очень многое было сделано именно благодаря Виктору Андреевичу: в короткие сроки строились детские сады, жилые дома, закладывались памятники и фонтаны. Каждый солдат был закреплён за десятком молодых саженцев, которые неукоснительно поливали. У озера Чокрак организовали пионерский лагерь и базу отдыха. В качестве пионервожатых привлекались сотрудники «Артека». В выходные выделяли транспорт для массового отдыха семей военнослужащих на Азовском побережье. Даже ставки в Караларской степи были восстановлены и зарыблены для организации культурного досуга жителей. Одна пожилая женщина, старожил Багерово, сказала: «Дураки, мы тогда не осознавали, что жили почти при коммунизме, ещё бывало, что-то критиковали и недовольничали. После того, как рухнул Советский Союз, мы ни на миллиметр не продвинулись вперёд, сделали много шагов назад».

Полигон был создан для авиационного обеспечения воздушных ядерных испытаний и отработки технических средств доставки ядерных зарядов, в качестве которых в то время могла использоваться только авиация. Первые атомные заряды разрабатывались для авиационных бомб с весогабаритными характеристиками, позволяющими использование их с дальнего бомбардировщика «Ту-4». Поэтому-то и аэродром «Багерово» был внеклассным, рассчитанным на приём воздушных судов всех типов.

Аэродром в Багерово

Срок формирования и оснащения полигона был приурочен к лету 1949 года, когда планировалось первое испытание ядерного заряда на Семипалатинском полигоне. С 1949-го по 1962 год специалисты 71-го полигона ВВС участвовали в 178 ядерных испытаниях на Семипалатинском, Новоземельском полигонах, под Санкт-Петербургом и под Оренбургом. Командир полигона многократно сам участвовал в проведении этих испытаний.

Указом президиума Верховного Совета СССР от 10 апреля 1962 года за умелое руководство работой по освоению боевой техники генерал-лейтенанту Чернорезу Виктору Андреевичу было присвоено звание Героя Социалистического Труда с вручением ордена Ленина и золотой медали «Серп и Молот». В 1970 году генерал-лейтенант Чернорез уволен в отставку.

Но есть и другая сторона «медали». Жители Багерово, многие из которых в прежние годы служили на здешнем аэродроме стратегической авиации, утверждают, что в ту пору, когда испытания ядерного оружия ещё не были запрещены, вернувшиеся с них «фонившие» бомбардировщики списывали и закапывали в землю. Сведения о том, сколько их тут захоронено, до сих пор не рассекречены. Мне, не понаслышке знающей, что такое радиация и почему до сих пор существует тридцатикилометровая зона недалеко от Чернобыля, заверения, что такие могильники не угрожают здоровью и жизни людей, кажутся не очень основательными.

В 1970-80 годы 288-й истребительный авиаполк в Багерово служил учебной базой Ворошиловоградского высшего военного авиационного училища штурманов. Чуть позже аэродром и учебная база стали выполнять роль центра доподготовки и переподготовки штурманов после училищ всего СССР. В 1994 году последние сорок выпускников училища уехали в Россию. А с 1996-го аэродром вообще перестали эксплуатировать.

Следы запустения видны, конечно, во всём. Это и приваренные снаружи высотных домов дымоходы — ведь до сих пор существует проблема с отоплением. Вода в посёлке подаётся с перебоями.

И то, что во времена Чернореза было нормой, сегодня достигается ценой неимоверных усилий. Так, гордостью председателя Багеровского поселкового Совета Александра Панкратова, который работает в должности семь лет, является детский сад, занимающий в Ленинском районе первое место. Когда Панкратов вступил в должность, в саду работала только одна группа. Сегодня уже четыре группы, сад не просто отремонтирован, интересно оформлен, снабжён практически всем необходимым. Но надо ещё открывать дополнительные группы, ведь более шестидесяти человек на очереди.

А детские площадки в Багерово? Их тоже было непросто установить при нехватке средств в местном бюджете. Предприятия и колхозы в округе или вообще почили, или влачат жалкое существование. Когда-то в колхозе было до четырёх тысяч коров, сегодня — тридцать шесть. Спасибо заводу марочных коньяков — то тренажёры для молодёжи отдал, то крышу в поселковом Совете помог отремонтировать. Не так давно опять заработали в посёлке телефоны, лучше стало с освещением, начали проводить газ, даже часть дорог отремонтировали. Неимоверными усилиями, буквально по сантиметрам, приближается посёлок к уровню пятидесятых годов.

Когда же серебряный лётчик, который встречает всех у железнодорожного вокзала, будет смотреть опять в будущее?

Татьяна Максимова, «Крымская Правда»


Ссылки по теме:

Трамвай в Симферополе

31 июля 1914 года, в полседьмого вечера, на Пушкинской случилось небывалое происшествие. Автомобиль, который «ехал зигзагом и не подавал сигналов», наскочил на переходившего улицу пешехода, да еще и умудрился дважды переехать его. Пешеход, к счастью, не пострадал: автомобили столетней давности были легкими и тихоходными. Виновником этой нелепой аварии, конечно, был автомобилист, но ее косвенным поводом, как писала газета «Крымская Ривьера», стали «вагоны трамвая, впервые появившиеся на улицах Симферополя и всецело завладевшие вниманием публики».

Трамвай в Симферополе, перекресток Кирова — К. Маркса
Перекресток Кирова — К. Маркса, 1957 г.
В «трамвайный» период Симферополя подземного перехода здесь еще не было